Чужая жена. Двойная сделка

Девочка вызывала уважение, вчера такая напуганная была, ничего не понимала, смотрела на них огромными, полными страха глазами, Фирсов принял ее за пустышку. Какая еще баба может быть у Миронова? Но белка оказалась загадкой.

Такая красивая, нежная, но дерзкая.

Как он не понял сразу? Сука, и зачем только сказал Тимуру дождаться ее, ведь был уверен, сейчас ей муженек разложит все по полочкам, возьмет за руку, сам посадит в машину и привезет. Но ему вчера было все равно, что с ней будет, что может сделать муж, ведь знал, что по голове он ее не погладит, но все равно отпустил.

Хотя, чем они лучше?

– Это, сука, ты все затеял. Зачем вообще надо было брать такой долг с Миронова? Мог отобрать ларьки и тачку. Жену-то зачем?

– А как я мог его не брать? Тебе там, на ринге,совсем мозг отшибло? Ты видел, она сама пришла, никто не тащил ее насильно. Свидетелей того, как он поставил свою жену на кон, достаточно, и вот не надо из меня делать злодея.

"Альберт затушил сигарету, снова подошел к кровати, ему совсем не нравилось, что девушка не приходила в себя. Потрогал лоб, провел костяшками пальцев по щеке, ресницы дрогнули, Вика зашевелилась, а мужчины склонились еще ниже над ней.

– Надо развязать пояс на плаще, чтоб дышать было легче.

– Хочешь еще одну истерику?

Они говорили шепотом, Вика начала приходить в себя, сначала уловила запах дорогого табака, потом тонкий и терпкий аромат мужского парфюма.

– Тихо, тихо, белка, тихо, маленькая.

– Я…я….

– Мы не тронем. Тихо, тихо, посмотри на меня, не бойся.

Вика прижала руки к груди, смотрела то она одного мужчину, то на другого. Альберт своими голубыми глазами почти гипнотизировал, смотрел напряженно, не предпринимал никаких попыток ее задеть.

– Где… где Антон?

– Тебе его жалко? – Руслан спросил резко и громко, так что девушка вздрогнула.

– Что я тут делаю? – Вика не ответила, огляделась по сторонам, она снова была в том самом номере, или это был уже другой.

– Как ты себя чувствуешь?

– Я хочу уйти.

– Нет, – короткий ответ Альберта.

Вика прикрыла глаза, вздохнула, начинало тошнить и хотелось пить.