Чужая дочь

Но Тася выглядела совсем иначе, чем вчера: в белом платье, светлом легком жакетике, в белой беретке на пышных кудрях…

Говоров ринулся к ней, махнув шоферу, чтобы следовал за ним. Скорей бы Егорыч вернулся! Как неладно, что посторонний человек, этот временный шофер его персональной машины, стал свидетелем возвращения Таси! Говоров понимал, что водитель голову сломал, размышляя, что это вдруг приключилось с товарищем Говоровым из-за какой-то внезапно появившейся невзрачной бабенки. Может быть, языком чесать поостережется, хотя кто знает… Это Руфина – кремень, могила, никому ни словом не обмолвится о том, что видеть привелось, а в гараже небось треп о начальстве идет похлеще, чем на коммунальной кухне!

Тася, Тася… И счастье снова видеть ее, и горем обернуться это счастье может.

"Хотя он уже кое-что придумал, чтобы и Тасю снова не потерять (это даже представить невозможно!), и подлецом себя перед ней не чувствовать. У нее есть все права на Лилю.

И Тася должна будет это понять.

– Тасенька! – подбежал к ней Говоров. – Тебя и не узнать!

– Да, – кивнула она, – я хотела, чтобы дочка увидела меня и не испугалась. Я весь день как на иголках, так хочу обнять ее!

– Ты обнимешь ее, – улыбнулся Михаил Иванович, – Тася, я все придумал! Будешь жить у нас в доме, будешь Лильку видеть каждый день!

Тася бросилась ему на шею:

– Мишенька, спасибо, спасибо тебе!

«Ох, – подумал Говоров, – какое же это счастье – ее обнимать!»

Но в это мгновение Тася отстранилась и растерянно улыбнулась:

– Погоди… А как же твоя жена?

– Она не узнает, – выпалил Говоров, – никто ничего не узнает! Нам на кухне нужна помощница.

Тася только моргнула.

Да, что-то не видно радости в ее лице… Сердце Говорова колотилось как бешеное. Она должна согласиться! Она не может не согласиться!

– Подожди… – замедленно выговорила Тася.

Услышать эти слова из ее уст было так больно… А какой оскорбленной, наверное, она себя чувствует! Но что же делать-то, что?!

– Ну да, пока так! – с фальшивым оживлением тараторил Говоров. – Зато Лилька к тебе привыкнет. А потом что-нибудь еще придумаем!

Тася молчала, опустив глаза.

– Тася! – взмолился Говоров. – А ты видишь другой выход?

Ни слова в ответ.

Ну что ж, придется рубить сплеча.