Чужая дочь

Говоров вернулся какой-то… сам не свой. Суетливый, смущенный… все вокруг Лильки суетился, на жену и взглянуть боялся.

Посидев у Лильки в комнате, поцеловав ее на ночь, заперся в ванной.

Ну что ж, понятно! Хочет помириться, да не знает, как подступиться к обиженной жене после того несусветного и глупого скандала, который учинил перед отъездом.

А из-за чего? Обнаглевшая, избалованная, распустившаяся девчонка получила за дело!

Ну ладно, Маргарита не будет вспоминать старое. Сама сделает первый шаг… В самом деле, надо помириться.

Ну где ты там, Говоров?

Дверь открылась.

Ага! Явился!

Маргарита мигом сменила победительную улыбку на другую: робкую, ждущую.

– Мишенька! – вскочила, минутку постояла, давая мужу возможность рассмотреть ее холеную красоту. Рассмотреть – и возжелать. – Я так соскучилась…

Прильнула к нему, потерлась лбом о плечо, пожаловалась:

– Месяц с тобой не виделись!

Мелькнув длинными золотистыми шелковыми ногами, забралась на кровать, потянула мужа к себе, взявшись за отвороты пижамной куртки:

– Я старалась… праздник для твоей дочки устроила.

Маргарита мысленно стукнула себя по голове. Ну надо же такое ляпнуть, причем в столь ответственный момент! Все испортила, дура!

Нет, кажется, не испортила… Михаил медленно наклоняется над постелью…

Маргарита радостно улыбнулась, откидываясь, приманивая мужа, но он с каким-то странным, виноватым и отчужденным выражением лица взял кружевную подушку и резко выпрямился:

– В кабинете переночую.

Маргарита не верила ушам. Что за чепуха?! Да пятьсот раз Михаил засиживался до поздней ночи в кабинете, но потом все равно приходил в спальню.

Говоров вышел.

– Подожди! – жалобно воскликнула Маргарита. – Что происходит с тобой, Миша?

Дверь за ним закрылась.

Маргарита вскочила с постели, повернула ключ в замке: ну и ладно, дороги сюда ему больше не будет!

Но мстительный порыв миновал, как налетел.

Но что вообще происходит?!

* * *Говоров договорился с Тасей, что она будет ждать его возле здания горкома после окончания рабочего дня. Еле высидев прием и отменив две встречи, которые грозили затянуться непомерно долго, выскочил на площадь перед зданием, огляделся, тревожась, что Таси нет, и радостно замахал руками, увидев ее неподалеку.