Что в имени тебе моем... (СИ)

Зимруд чертыхнулся, убрал улыбку с лица и пошел в ванную выплеснуть мерзкий кофе прочь. Заляпал все коричневой жижей, вздохнул с досады.

А вообще-то, все происходящее к лучшему!

Но...

Но сделает он это завтра с утра. В смысле, завтра с утра объявит, что... Черт... Это будет непросто... Завтра! Да, завтра! Сегодня и так слишком много важных дел! Он аккуратно поставил фарфоровую чашечку на край ванны и вышел.

***

Мрачный и издерганный Дагон как тень бродил по дворцу с раннего утра. Он старался никому особо не попадаться на глаза, и жадно прислушивался к разговорам.

- Привет тебе, принц Дагон, - церемонный поклон.

- Издевается, гад ползучий, - подумал Дагон, и ответил таким же церемонным поклоном, - Приветствую, мастер Михель.

- Готовы к вечернему развлечению?

Дагон промолчал, только глаза вспыхнули, да дыхание стало тяжелым. Михель наблюдал за ним и упивался его страданием, но можно дожать темного еще:

- Вчера я видел Янсиль, - зашептал он.

- Что? Как...? - вскинулся темный.

- Оооо, не надо шуметь. Эления видела ее.

- Угу, - промычал Дагон, понимая что имел в виду злой и холодея при мысли о том, насколько девочка уязвима и беспомощна перед кознями злого.

- Знаешь, она сказала, что умрет, но не выйдет за тебя замуж.

Дагон, конечно, почувствовал болезненный укол в сердце, но все равно, в этот момент его гораздо больше занимал Лей. А потому он снова начал разговор о том, чтобы спасти светлого. Михель притворился разозленным, пусть темный мальчишка помучается:

- Я сказал нет! Я хочу увидеть, как покатится его голова.

Темный закрыл глаза, Боже, это видение и так преследовало его полночи.

Рассчитывать было не на кого, только на свои силы, да еще злой будет всячески препятствовать... Вот когда темный выучился скрывать свои мысли и лицемерить. Он принял равнодушный вид и проговорил:

- Что ж, посмотрим.

Злой пристально взглянул на него, однако тот был непроницаем.

- А ты растешь, мальчик. Мы с тобой будем творить великие дела, - и похлопал его по плечу.

Дагон чуть не сорвался, но все же смог взять себя в руки и криво улыбнуться в ответ. А сам твердил про себя:

- Никогда больше! Никогда! Никогда!"

"Михель счел, что достаточно подпитался чувствами темного и пошел слоняться по дворцу дальше, а Дагон метнулся на воздух. Ему надо было отдышаться. Но вид строящегося в центре дворцового двора эшафота чуть не добил его окончательно.

***

Янсиль с утра упросила Фицко пойти послушать, что говорят во дворце.