Букет прекрасных дам

Но потом мой взгляд упал на ее тумбообразную фигуру, замотанную в соболя. Господи, ну кому такая может понравиться, даже если учесть, что в кармане у нее миллионы.

– Ванечка, – робко сказала Люси, – а завтра можете пригласить меня в театр?

Я покачал головой:

– Увы, я занят.

– Тогда в четверг, – не успокаивалась спутница.

– Ладно, – согласился я, кляня себя за мягкосердие.

Через десять минут я принимал из рук Розы, матери Люси, чашку с чаем. Беглый взгляд на их гостиную мигом раскрывал состояние и положение хозяев.

– Фу, какая вульгарщина!

А это, господа, самое страшное обвинение в устах светской особы.

Роза подвинула мне чашку из сервиза «Мадонна». Перламутровый фон и картинка из жизни крестьян восемнадцатого века. Пастушок играет на свирели, пастушка внимает ему, оттопырив ножку. Варварское великолепие. С Николеттой бы приключились корчи при взгляде на эту посуду.

– Ну, повеселились? – поинтересовалась Роза.

– Баха, – сказала Люси.

– Моцарта, – одновременно выпалил я и растерялся.

Надо же, как глупо, мы не обговорили программу. Но Люси мигом нашлась:

– Да, а во втором отделении давали «Маленькую ночную серенаду». Восхитительно.

– Потрясающе, – добавил я, – волшебное произведение.

– Мне больше по душе Гендель, – заявила Люси.

– Дорогая, у вас безупречный вкус.

– Ах, так хочется теперь побывать в опере, – сказала Люси и быстро глянула на меня.

– За чем же дело стало, милая? – подхватил я.

– Спасибо, – потупилась лгунья, – если это вас не обременит.

– Для меня только радость сопровождать вас, – пел я.

Посидев с полчаса, я откланялся.

– Люси, проводи Ивана, – улыбнулась Роза и подмигнула мне, – не пойду в прихожую.

Я натянул пальто. Внезапно спутница поднялась на цыпочки и поцеловала меня в щеку.

– Спасибо, Ванечка.