Брошенка

Уверена, Яну с Кирюшей Варламов обеспечит. А кроху я и сама как-нибудь прокормлю. Живут же как-то матери-одиночки. И детей своих на ноги ставят без мужей. А я чем хуже?

После обеда выслушала жалобы небольшого коллектива друг на друга, на старую проводку на кухне и кучу всего того, что мне знать вовсе не нужно. Пообещала решить с Артуром самые важные вопросы в кратчайшее время и со спокойной душой решила позвонить детям, справиться об их успехах. Но как только достала из кармана мобильник, он зазвонил, а на экране высветился неизвестный номер.

Сердце пару раз бухнуло в груди и замерло в тревожном ожидании. Только не это…

Я уже и позабыла о том мерзком типе, что доставал меня звонками и требовал нашего с Варламовым развода. Что ещё нужно этому подонку?!

Пока раздумывала звонок прекратился и на экране всплыло новое сообщение.

«Ну как тебе фото?», — а в конце идиотский хихикающий смайлик.

— Что ещё за фото? — нахмурилась, пытаясь понять смысл сего послания, но так ни до чего и не додумалась.

«Оставьте меня в покое! Я выполнила ваши требования, больше не беспокойте меня! Достаточно!», — отправила ответ и выдохнула.

Пообещала себе подумать об этом чуть позже и снова взяла в руку мобильный, чтобы позвонить детям. Но меня снова прервали. На этот раз номер не был скрыт, но тоже не определился.

— Да что вам от меня нужно? Не надоело ещё?!

— Нина Ивановна? — прозвучал приятный мужской голос, совсем не похожий на тот мерзкий и прокуренный.

— Да… Это я. Кто вы?

— Вас беспокоит оперуполномоченный уголовного розыска Нефёдов Илья Сергеевич…

— Кто? — что-то внутри оборвалось от напряжения и какого-то необъяснимого страха.

— Уголовный розыск, Нина Ивановна. Дело в том, что вашего мужа… — в динамике что-то затрещало и дальше я ничего не поняла, но того, что успела услышать хватило, чтобы снова закружилась голова.

— Так, подождите! Вы что-то путаете. Или это такая идиотская шутка? Мой муж сейчас должен находиться в офисе своей компании.

— Варламов Вячеслав Николаевич?

Закрыв рот ладонью, зажмурилась, тряхнула головой. Нет. Это всё мне чудится. Он же не хочет сказать, что Славу…

— Да… — выдохнула в трубку, находясь уже в полуобморочном состоянии. — Скажите мне, что с ним всё хорошо, прошу…

— К сожалению, этого я не могу утверждать, — сочувствующий тон полицейского заставил вздрогнуть. — Но он жив.