Боссов сын, или Я принимаю бой!

Мы ни разу не поругались, даже обсудили многое, чего раньше не делали, почти победили самых настоящих асов, потом на аттракционы не пошли…

– Да, почти победили. – Я вздохнула и утешила нас обоих: – Но они жизнь вместе прожили, а мы всего несколько лет воевали! Не стыдно проиграть таким прокачанным игрокам – это все равно что в борьбе подростка с улицы против чемпиона мира выставить! А ты видел тех лузеров, которые уже на первом…

Стас перебил:

– Я не о том, Полин. Слишком хорошо проходит время.

– Ничего подозрительного. Мы же заранее согласились попытаться!

– Ага… – он теперь задумчиво поглядывал на мой профиль. – И согласилась-то ты после совсем ничтожного шантажа… Даже целовалась со мной!"

"– Об этом забудь! Ты же сам замечал, что я в стремлении к победе границ не вижу!

– Зачем забывать? Вышло-то здорово. Когда повторим?

– С ума сошел? Никогда!

– Я про прогулку. А ты о чем подумала?

– А-а… – успокоилась я.

Наверное, это было какое-то значимое признание, хотя я его таковым не посчитала, но Стас через пару шагов остановился и попросил:

– Давай медленнее пойдем. Давит что-то.

Я повернулась к нему и похолодела – Стас согнулся, прижал кулак к груди и слабо стукнул. Вся кровь вмиг отхлынула у меня от лица. Подхватила его за плечи и затараторила:

– Сядь. Вон скамья свободная.

Сама судорожно соображала, что делать. В скорую звонить или Олегу? Может, и ничего страшного, просто слабость. А вдруг я его положительными эмоциями и губами своими азартными до приступа довела?! Пальцы не слушались, но я выхватила сотовый из сумочки, бросая встревоженный взгляд на Стаса. Сам он не выглядел побледневшим – потому я решила, что лучше звонить сначала Олегу.

Но нажать на кнопку я не успела, Стас резко выпрямился и сильно сощурился, не выдавая ни единого признака слабости.

– А вот и ответ, – отчеканил холодно. – Надо же. Зато как просто твоя лояльность объясняется. И кто же тебе рассказал?

Разыграл, проверил. Но эту проверку я пройти и не смогла бы – в любом случае бы забеспокоилась и выдала себя, даже если бы подозревала обман. Теперь оставалось только изобразить невинное лицо:

– О чем рассказал, Стас?

– Обо мне. – Он выглядел напряженным, почти злым.