Большой секрет Анаит

А потом с самым невинным видом спросила Диму:

— Можно я поиграю в твой планшет?

— Нана, не наглей! — тут же цыкнула на нее Анаит.

— Не ругай ее, — покачал головой Дима. — Пусть поиграет, что плохого? — И, дождавшись неуверенного кивка Анаит, обратился к дочке: — Конечно можно, Нана. Я установил для тебя пару игр.

Про себя подумал — надо завтра же купить малышке свой планшет. И установить в него программу родительского контроля… Достал телефон, добавил этот пункт к списку нужного.

Нана унеслась в гостиную, а Анаит тяжело вздохнула.

Дима заметил, что она почти не притронулась к еде.

Ох и тяжело было с этой девчонкой! Вот с Наной просто, ее осчастливить — раз плюнуть, а с Анаит все по-другому.

— Анаит, объясни, что не так? — наконец не выдержал Дима.

Она посмотрела вслед Нане, потом тяжело вздохнула и начала вываливать на него свои проблемы:"

"— Школа отсюда далеко… Как возить? Да и кто будет забирать? Раньше забирала наша соседка, ее дочка учится с Наной в одном классе, а теперь как быть? Она сама ездить не сможет, ей всего девять.

Закончив жаловаться, Анаит грустно посмотрела на Диму, а тот, наоборот, заулыбался. Еще бы не заулыбаться — в кои-то веки милая женщина доверила ему свою проблему. Дала шанс проявить заботу, а такие шансы на дороге не валяются.

Он тут же авторитетно заявил:

— Не бойся, Ани, справимся.

И они правда справились.

На следующий день вместе отвезли Нану в школу на Диминой машине, в обед вместе забрали, а потом поехали на собеседование с няней.

— Это жутко дорого, — жаловалась Анаит, когда няня ушла и они остались одни в квартире Димы.

— Какие проблемы, — пожал он плечами. — Я ж нанимаю, тебе это не будет стоить ни рубля.

Но разве это успокоило малышку Ани? Совсем нет.

— Так мне тем более неловко, — простонала она, нахмурив лицо.

Дима развел руками:

— Ты сказала: или будь отцом, или не лезь.

Анаит кивнула и сказала с виноватым видом:

— Извини, просто я не привыкла…

— К чему? — Дима приподнял левую бровь.

— К тому, что кто-то помогает.

Дима смотрел на ее хмурый лоб, резко повлажневшие глаза, и в сердце в очередной раз за эти дни кольнуло старой болью. А ведь это его вина, что Анаит не привыкла к помощи. Все сама, всегда сама.