Бойся меня

Андрей, это Савва…

— Я уже слышал, — будто отмахиваясь, произносит Громов и протягивает мне поданный официантом фужер взамен того, что я держу в руке. — Давай выпьем, Мирра. Редко видимся что-то с тобой.

— Это потому что ты ей неинтересен, — раздается резкий голос. Длинные пальцы Савввы перехватывают повисший в воздухе бокал и вдавливают его в стол. — Выпей лучше с мной, Андрей. Я с соком, но тебя ведь мало что смущает.

Мое сердце срывается вскачь и начинает барабанить так, что вибрируют пальцы. Громов ведет себя грубо и бестактно, но меньше всего мне бы хотелось устроить скандал в его заведении, и того меньше — чтобы в нем был замешан Савва.

— Парень, ты бы пыл свой поубавил, — побагровев, басит он. — Ты находишься в моем клубе, и я не с тобой пришел общаться.

— Савва… — хриплю я, вцепившись ему в запястье.

Он ослепительно улыбается, демонстрируя исключительную глубину своих уникальных ямочек. От него не исходит ни гнева, ни раздражения, ни смятения, ни страха, ни нервозности или всего того, что можно испытывать, оказавшись в такой ситуации.

— Так ты поэтому так себя ведешь? Потому что тебе принадлежит этот клуб? — В его тоне отчетливо проступает насмешливое веселье. — Эта информация должна меня впечатлить? Никогда не мог понять, что заставляет людей кидаться подобными понтами. А если бы у тебя не было клуба, и ты был простым работягой на заводе? Ты бы также себя вел? Подсаживался к девушке, которая пришла с другим, в надежде, что немного перепадет?

— Ты что-то недопонял, как тебя там…

Савва так резко подается вперед, за секунду оказываясь лицом к лицу с Громовым, что Вика, напряженно наблюдающая за этим, прикрывает рот ладонью.

— Я все прекрасно понял. Твоя смелость обусловлена безнаказанностью и десятком секьюрити, готовых прибежать по твоему первому крику. На деле ты трусливый слабак, и встреться мы с тобой где-нибудь в пустыне, ты бы отвел глаза и поспешил меня обойти. В этом заключается разница между нами.