Генерал (СИ)

Как будто в моем номере может еще кто-то находиться!

– Ты уснула, – улыбаюсь я, садясь рядом на корточки.

– Простите, не выдержала, – признается она улыбаясь. А я за малым не тянусь к пухлым губам. Такой соблазн коснуться. Но останавливаю себя.

Не вспугни, Ордынцев. Не вспугни.

– Что с Юрой? – встрепенувшись спрашивает Катерина, отвлекая меня от фантазий.

– Скорая увезла. По всей видимости, кома. А вот как он в нее впал, следакам придется разобраться.

– Да, папа уже отправил к нам безопасников, – шепчет Катерина.

«Твою ж мать, – морщусь мысленно. Проклинаю в душе вездесущего Димирова. – А у тебя, Вася, не так уж и много времени. День. Максимум два».

– Давай чай пить, Катя? У меня, правда, обычный в пакетиках. Зато есть сыр и колбаса, – предлагаю на правах хозяина.

– Я не голодна, но чаю бы попила, – садится Катерина, откидывая в сторону плед. Опускает ноги на пол. И меня снова кроет. На этот раз от тонких изящных щиколоток. Обхватить бы их пальцами, заставив девчонку вскрикнуть.

Но нельзя. Пока нельзя.

– Кать, – рывком поднявшись на ноги, неожиданно решаюсь на разведку боем. – Что происходит? Можешь объяснить? Не люблю, когда меня используют в темную.

Глава 12

– Что? – как от тока дергается Катерина. Мазнув по мне растерянным взглядом, опускает голову. И снова становится потерянная и убитый.

– Кать, – давлю взглядом. – Посмотри на меня.

Девчонка нехотя поднимает глаза, полные слез.

Ну вот что с этим делать? Утешать девушек я не умею.

– Давай поговорим серьезно, как взрослые люди, – вздохнув, присаживаюсь на край дивана. – Согласна?

Опустив плечи, Катя понуро кивает в ответ. Деваться ей сейчас некуда. Помощь нужна, и она о ней попросила, а значит, должна ввести в курс дела. Иначе, это больше похоже на самоубийство.

– Я не пойму, с чем мы столкнулись, – начинаю аккуратно. И только сейчас до меня доходит главное.

– Я понравилась одному борцу. Он одержимый. Знаете, есть такие бои без правил? – снова опустив голову, лепечет Катя. Теребит в пальцах край туники. – В первый раз меня вовремя вывели из зала. Но этот человек узнал кто я.