Аруна - 2. Дрожь земли

- Я жил в его племени некоторое время, - ответил на вопрос Аскетилл, давая понять, что больше не скажет ни слова.

Ждать картинки от посланника пришлось до полуночи, то есть не меньше трёх часов.

А потом, когда основная часть орков разбрелась по временному лагерю, естественно, не покидая пределы круга из обережных огней, чтобы лечь спать, как что-то неожиданно и очень громко зашипело, а в небе расползлась странная дымка.

Ша Аскетилл подскочил к костру, влил в жадные язычки пламени ещё немного свежей крови, и сел в позу для медитаций.

Глаза его закатились, пугая окружающих странной пеленой, в которой клубился серый туман. Для того чтобы послание смогли увидеть как можно большее количество орков, шаман вложил свою жизненную силу, но ограниченно, дабы дух Хёршиль не забрался в тело временного хозяина и не иссушил того до дна, выпивая саму суть колдуна-заклинателя.

А тем временем звёздное, тёмное небо окрасилось серой дымкой, которая стремительно обретала черты кого-то.

..

- О-хо! - шокировано воскликнул кто-то, а удивиться действительно было с чего.

И пусть картинка была, как сказала бы Аруна, чёрно-белой, но на удивление чёткой: идеально ровный строй из бодро шагающих воинов, стоящих плечом к плечу, и слаженно идущих к одной им известной цели, боковые несли переносные обережные огни.

- Посмотрите! Какая на них броня!

- А оружие! Какого дикого кампундра, у них столько оружия? Да ещё такого?

- А амулеты? Это что, артефакты?

Орки повскакивали со своих мест, с жадностью следя за своими собратьями, ощущая, как глубоко внутри них просыпается память предков: вот так должны выглядеть воины орков!

Грозная, хмурая и неотвратимая в своей беспощадности страшная сила, с которой должны считаться, которую должны бояться!

А впереди всех шёл, легко неся тяжеленную секиру Ансгар.

И никто из присутствующих никогда не назовёт этого воина калекой: мужчина двигался плавно, хищно, выверяя каждое своё движение, а на строгом лице печать знания. Этот предводитель точно ведал, за чем он идёт, и что от этого похода хочет получить.

Собравшаяся разношёрстная толпа, как единый механизм, замерла, и лишь множество глаз неотступно следили за каждым шагом, каждым движением идущего вперёд отряда. Словно почувствовав что-то, Ансгар поднял голову секунда, другая, и он, вскинув руку вверх, сжал ладонь в кожаной перчатке в кулак. Воины, следовавшие точно за ним, тут же остановились.