В плену Гора

Черт…

Я себя моментально почувствовал грязной скотиной, мучающей беременную женщину.

Свою женщину.

Но что я мог поделать?

Рассказать Кошке, что ее бедовый брат увяз уже так глубоко, что не выковыряешь, я не мог, вот и приходилось прикрывать его тощую задницу и отвечать за его болтливый язык.

- Кош… Там ничего такого, вообще. Он напутал.

- Не напутал! Гор, прими меры! Или … Ты меня знаешь!

- Приму, Кош, конечно, приму. Не волнуйся , только, – примирительно ответил я, и перевел разговор, - ты как вообще? Как себя чувствуешь?

- Нормально.

- Да, еще пару часов.

- Хорошо. – Она помолчала, потом улыбнулась несмело, - целую?

- Везде, - тут же ответил я нашей привычной фразой и отключился.

Постоял, посмотрел в окно, обдумывая, что я могу сделать, чтоб оградить Курагина от того, чем он сейчас занимается… Да никак. Никак не могу. Не в моей это уже власти.

Парень сам выбрал свой путь. И кто я такой, чтоб на дороге вставать?

Придется Кошку мою успокаивать.

Черт…

Как вспоминаю про это, сразу на душе тепло. И сладко.

Вот прямо с первого мгновения, когда только узнал.

Скандально, кстати, узнал. От бешеного Курагина, напрыгивающего на меня с матами и угрозами.

А я понять не мог, о чем он.

И так весь загруженный был, как самосвал. Пока вопросы утрясал в полиции, нагло используя служебное положение, пока концы с концами сводил… То есть свидетелей искал и тоже решал… Все, чтоб не прикопаться к Кошке моей было.

Да и за нее переживал сильно.

Пожар потушили, на пепелище обнаружили труп хозяина дома. С колото-резанным.

Кошка моя, бешеная…"

"Такой ужас неконтролируемый до сих пор охватывал, стоило подумать, что она там одна, что этот скот ее мог… Из пистолета, найденного там же был произведен один выстрел. В мою Кошку. Как она смогла вообще… Бешеная. Совершенно бешеная.

Постоянно перед глазами ее лицо было, белое-белое, белее снега… И руки в крови, красные.

И заточка, я ее нашел тоже, прибрал, чтоб потом утилизировать.

Не ошибался я в ней, первое впечатление – самое верное.

Тогда, возле машины, в неверном свете фар, она реально могла воткнуть заточку в горло человеку. Не стала бы сомневаться.

Когда речь идет о жизни и смерти, моя Кошка не сомневается. Действует.

Моя бешеная Кошка.