Аннулет. Книга 3 – Князь

— Ты снова оскорбил меня и за это заплатишь кровью! — Курбатов очень резво выскочил из-за стола и поставил перед собой щит.

— Ты что творишь? Дом сжечь хочешь? Да мне твой шарик и вреда не причинит! Я по уровню почти мастер!

Его защита, конечно, внушала уважение — в колледже ни у кого не было такого плотного и большого щита, но для меня это не являлось проблемой. Я стал потихоньку наполнять шар энергией, полностью сосредоточившись на контроле. Он, зараза такая, трясся и так и норовил отправиться в полёт. Это оказалось трудней, чем я ожидал.

Но в очередной раз стоит сказать спасибо Багратиону. Даже те зачатки понимания огненной стихии, что остались во мне, позволяли гораздо лучше контролировать огонь. Несмотря на это, я понимал всю опасность того, чем занимаюсь. В любой момент шар мог взорваться к чёртовой матери!

Но результат того стоил! С каким же удовольствием я наблюдал, как вытягивается лицо Курбатова по мере разрастания шара!

— Стой! Остановись! — не выдержал он, когда шар достиг размера арбуза.

Я и сам уже начал сильно нервничать. Таким можно разнести весь дом.

— Я, глава рода Шувловых, требую от тебя встать на колени и принести мне извинения! Война объявлена. Иначе, даже если ты и выживешь после моего удара, я приду в твой дом! — Я смотрел на него максимально серьёзно и собрано. Да, пусть речь и прозвучала пафосно, но, боюсь, иначе мне не достучаться до его сознания.

— Подожди, ты что, серьёзно? Да я же тебя на руках качал! Всю жизнь помогал и поддерживал. Какая война? — Видно было, что Курбатова конкретно пробрало.

Ещё бы — огненный шар был огромен, а мне всё труднее и труднее было его удерживать."

"— Ты думаешь, я шучу? — Моя рука слегка дёрнулась, и мне в последний момент удалось остановить шар. Лицо Курбатова побледнело. Сейчас он был очень близок к смерти. Вряд ли ему удалось бы что-то мне противопоставить. Если я шар не удержу, от Вениамина останется один лишь пепел. Представив эту картину, я злобно оскалился.

Курбатов резко выпрямился, затем его лицо дёрнулось, и что-то в нём сломалось.

Перебарывая себя, он опустился на одно колено и, склонив голову, произнёс:

— Я, глава семейства Курбатовых, приношу свои извинения главе рода Шуваловых, — медленно, слегка дрожащим голосом произнёс он.

— Сто тысяч рублей, — добавил я, пристально глядя на него, — вполне достаточная сумма для урока.

— И готов выплатить компенсацию в размере ста тысяч рублей! — выдохнул Вениамин, при этом в голосе уже не было злобы, скорее, обречённость.