Ангел

Разве такая женщина может кому-нибудь понравиться? Ее даже трудно назвать привлекательной, хотя вчера вечером она как раз выглядела чертовски привлекательной. Впрочем, тут скорее виновато вино, которым она его угощала. Иначе чем еще можно объяснить его желание вновь ощутить вкус ее губ?

Ковбои осадили лошадей, а Бак Кэтлин выехал вперед. Сняв шляпу, он хлопнул ею себя по бедру. Этот нервный жест не ускользнул от внимания Ангела. Было видно, что Бак не знал, с чего начать разговор. Но когда он заговорил, уже в его первых словах звучала такая надменность, что их легко можно было принять за угрозу.

— Я полагал, что моя мать ясно дала вам понять, что произойдет, если вы еще хоть раз окажетесь в наших владениях.

Ангел медлил с ответом. В такие моменты, как этот, он жалел, что не курит. Как было бы хорошо неторопливо свернуть сигарету, чтобы за это время успеть понять, действительно ли Кэтлин намерен осуществить свою угрозу или это пустая бравада.

— Насколько я припоминаю, я сказал ей, что обязательно вернусь сюда, если у меня появится для этого повод.

Бак прищелкнул языком.

— Мистер, вы либо сумасшедший, либо самый смелый человек, которого я когда-либо встречал. Неужели вы не понимаете, что достаточно одного моего слова, и вы мертвы?

— Ранен, может быть, но не мертв. Однако я дам вам возможность угадать, кто в этом случае наверняка станет покойником. Впрочем, что бы вы ни ответили, вы все равно угадаете.

— Не может быть, чтобы вы стреляли так метко.

— Желаете проверить?

Бак бросил взгляд на сопровождавших его ковбоев, надеясь, что они готовы к любому повороту событий.

— Послушайте, Ангел, у вас нет никакого повода являться сюда без приглашения. Мы сами умеем избавляться от паршивых овец.

— Мне нужен Слейтер.

— Я же сказал, что мы уже решили этот вопрос, — ответил Бак. — Когда я расспросил своих работников, то Сэм — это друг Рафферти — признался, что Рафферти действительно хотел напугать стадо, чтобы быки кинулись в паническое бегство.

— И куда он направился?

— Он ничего об этом не сказал, а я не стал спрашивать.

— Тогда я спрошу об этом у его друга Сэма.

— Он сегодня на южном выгоне. Конечно, вы можете попытаться отыскать его, но это большое пастбище — около двух тысяч акров.