Ангел

— Мы?

Касси опять вспыхнула и, чтобы как-то скрыть смущение, взяла бутылку и налила в бокалы белого вина. Она заметила, что Ангел почти не пьет. Касси подумала, что надо было попросить Марию подать виски, если оно, конечно, найдется в доме, — отец Касси не употреблял спиртных напитков, — хотя еще неизвестно, на что способен пьяный Ангел.

— Наверное, мне никогда не удастся избавиться от привычки вмешиваться в чужую жизнь, — призналась Касси, надеясь, что Ангел не обратит внимания на ее румянец. Никогда еще она столько не краснела.

— Простите, я ничего не могу с собой поделать. Мне всегда хочется помочь людям.

— Даже когда люди этого не хотят?

Он явно хотел, чтобы она сменила тему разговора, но Касси решила не сдаваться.

— Иногда людям надо немного помочь, чтобы они разобрались в своих желаниях.

Ангел промолчал, очевидно, соглашаясь с ее словами. Конечно же, он мечтал разыскать своих родителей. Его никто никогда не любил, и ждать подобных чувств он мог только от родителей. В его жизни никогда не было любви, и не только родительской.

Когда Ангел видел, как Джесси и Чейз Саммерс нежно смотрят друг на друга, как стараются постоянно держаться вместе, ему тоже хотелось иметь близкого человека. Ангелу хотелось нежности и тепла, которых он никогда не имел или имел так давно, что уже и не помнил об этом. Но он уже давно утратил надежду, что его кто-нибудь сможет полюбить. Порядочных женщин отпугивала его репутация. А падшим женщинам он, наоборот, нравился, и они охотно делили с ним постель, опасаясь, правда, что он захочет чего-нибудь более серьезного, чем просто приятное времяпрепровождение.

Но почему эти мысли пришли ему в голову именно сейчас? Оттого, что рядом с ним находилась Кассандра Стюарт? Нет, дело не в ней, а в том, что она заставила его вспомнить о годах детства.

— Простите, — сказала Касси, и Ангел поднял на нее глаза. — Просто вы... вы так поразили меня своим рассказом. Я столько всего о вас слышала, но мне никогда и в голову не приходило, что у вас могло быть такое грустное детство.

"

"До сих пор никому, кроме Кольта, Ангел не рассказывал про Старого Медведя. И сейчас он никак не мог понять, что заставило его рассказать об этом Касси. Может, потому, что она сидела перед ним такая аккуратная и чистенькая, вся такая правильная, что он поневоле чувствовал себя неловко. К тому же сейчас она казалась ему еще красивее, чем раньше. И Ангел не мог понять, откуда взялась эта красота, ведь она специально не прихорашивалась.