Жестокие игры мажора (СИ)

Хватит!

Я не должна ненавидеть свое тело из-за чьей-то жестокости.

Меня могут попытаться унизить другие, кто угодно, но только не я сама.

Этого не будет. У меня есть я, и мы справимся. Должны справиться.

Я уже почти выхожу из комнаты, но зачем-то оборачиваюсь, чтобы попрощаться с Ирой. И тут мои глаза цепляются за снимок на экране телевизора. Что-то внутри меня переворачивается, и я до боли в руках сжимаю ручку чемодана, пока слышу голос диктора как в каком-то тумане.

— Константин Пилатов, который тринадцать лет назад жестоко расправился со своей женой, сегодня выходит на свободу досрочно…

Мужчина, смотрящий на меня с экрана, вызывает в груди странные чувства.

"Почему… почему он точно такой же, как и тот, что терзает меня во снах? Такой же отвратительно неряшливый. Только волосы реже и седее, а морщины глубже. А потом я вижу то, что протыкает мое сердце иглами, и позволяю чемодану выскользнуть из ослабевших пальцев.

Уродливая рука со шрамом. Та самая, которая каждый раз топит меня в кошмарах.

О боже.

Я делаю вдох, но воздух застревает в дрожащем горле.

Это не было кошмаром.

Это были воспоминания.

Мои воспоминания.

В голове будто что-то щелкает, и я зажмуриваюсь, слыша тот самый хриплый прокуренный голос:

Тише, тише, детка. Ты ничего не почувствуешь.

Перед глазами вспыхивает лицо с ужасной улыбкой. Я кричу, мечтая чтобы оно исчезло, но потом снова слышу этот проклятый голос:

Я сделаю все быстро, мой бедный глупый Кролик…

Мне так жаль, малышка.

Дышать… я не могу дышать.

— Алиса… Открой глаза! Алиса… Что с тобой?

Меня кто-то трясет за плечи, но я не могу выбраться из своей головы, которая гудит от гремящего внутри эха.

Не плачь, малышка.

… такой любопытный Кролик…

Мне так жаль, но ты не оставила мне выбора…

Ты не должна была этого видеть.

ТЫ. НЕ ДОЛЖНА БЫЛА. ЭТОГО. ВИДЕТЬ.

Я распахиваю глаза с шумным вдохом, будто только что выбралась из-под толщи воды.

Я упала?

Но… как?

Мотаю головой.

Неважно, как я оказалась на полу, важно другое.

Это он.

Он убил мою маму. А потом попытался утопить меня. Но я не помню, что ему помешало. Что-то должно было помешать.