Жестокие игры мажора (СИ)

— Ты трижды моя должница. А только что прибавилось на один долг больше. — Илай дьявольски ухмыляется. — Не хочешь отыграться?

Я хмурюсь и выдергиваю свое лицо, одновременно отталкиваясь от него, требуя свое личное пространство, которое он нехотя, но все-таки возвращает мне.

Я глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю, и так еще пару раз, пока способность говорить ровным тоном не возвращается ко мне:

— Я не ввязываюсь в рискованные авантюры.

— Разве? — он щурится и снова нарушает личное пространство, протягивая руку и соскальзывая большим пальцем по моему горлу к пульсирующей точке на шее.

Я сглатываю, открываю рот и закрываю его, затрудняясь ответить, чтобы не загнать себя в ловушку еще больше.

— Знаешь, что я не люблю больше всего на свете? — его вкрадчивый голос крадет остатки моей глупой смелости. — Когда мне врут.

Мой пульс замедляется под теплом его пальцев, а потом я резко отступают назад и прижимаю ладонь к своей шее, где только что жалило его прикосновение.

Это же не может быть то, о чем я подумала?

Я соврала ему лишь раз…

Мой голос дрожит, когда я наконец произношу:

— И когда же я солгала тебе?

Он снова приближается ко мне, а я с колотящимся сердцем начинаю пятиться назад.

— Только что. Ты сказала, что не ввязываешься в рискованные авантюры, — Илай загоняет меня в тупик и я не замечаю, как ударяюсь бедрами о диван, но от падения меня останавливает рука, схватившая мое горло. Прерывистый вздох вздымает мою грудь именно в тот момент, когда Илай нависает надо мной и хрипит у самых губ.

А потом он целует меня.

20.1

Его жестокие губы подавляют мои в твердой потребности завладеть.

Этот поцелуй ошеломляет своей свирепостью.

Доводит до головокружения.

Лишает кислорода.

И забирает мой жалкий контроль над телом.

Илай запускает пальцы мне в волосы и сжимает их в кулаке, вынуждая открыться ему с шумным вздохом, после чего издает рык удовлетворения и его поцелуй становится более напористым.

Я неосознанно хватаюсь за его мощную шею и чувствую, как она напрягается под моими руками, как под пальцами вздуваются бугристые вены.

Связь с реальностью ускользает песком сквозь пальцы.

Я не понимаю, как и в какой момент он заваливает меня на диван и придавливает тяжестью своего тела. И я не нахожу другого выхода, кроме как обхватить его ногами за талию, пока Багиров с жадностью поглощает мое дыхание и рычит прямо в губы приглушенные ругательства.