Сноха

Ну как можно сравнить медвежонка Тедди и крепкого мужика, знающего себе и окружающим цену?

«Нашла о чем подумать? — сварливым бабкиным шепотом обрываю саму себя. — Один от тебя отказался, а другой только в друзья годится!»

— Нужно подумать, что понадобится в ближайшее время, — говорю я Юэнну, желая заполнить паузу.

— Если нужно, скажи, я займу тебе денег, — говорит мужчина, испытывающий ко мне нежные чувства.

Вот в этом-то и главное отличие. Косогоров с первой нашей встречи в Бангкоке вел себя как хозяин жизни.

Ни разу в его компании я не заплатила даже за чашку кофе. На долю секунды я представляю лицо Вадима, предложи я ему располовинить счет в ресторане. Он бы точно убил меня взглядом.

«Я тебе что, гамадрил какой?» — слышится в голове его недовольный голос.

На глаза наворачиваются слезы.

«Зачем я уехала, если все настоящее осталось в России? Любимый мужчина, мама и бабушка… А еще Кирилл со своими претензиями, — напоминает мне внутренний голос. Я смаргиваю слезы и улыбаюсь через силу.

 — Прорвемся», — твержу я себе."

"Дом в Портобелло кажется сошедшим из фильма ужасов. Мрачный фронтон, запущенный сад. Давным-давно не мытые длинные узкие окна. Я вздрагиваю, открывая калитку. Представляю, как бы отреагировал Косогоров на такую недвижимость. Велел бы перекрасить в бежевый или бледно-желтый, а обрамления окон и эркер — белым цветом. А по углам обложить декоративным камнем…

«Стопэ, — обрываю себя. — Остановись, Оля. Твой Косогоров сделал выбор. Целует в макушечку Кирилла и подбирает, какой костюм надеть на свадьбу дорогого сыночка.

А тебе он наплел о любви, планируя захапать Роберта. Ну, уж коли дорогой сыночка объявился, зачем тратить время и силы на чужого малыша?»

Я тяжело вздыхаю, поднимаясь по ступенькам крыльца. Такое чувство, будто иду на заклание. Открываю дверь и быстро нажимаю на кнопки сигнализации, отключая охрану. Захожу в холл и аж дыхание останавливается от удивления. Богато обставленная комната напоминает мне дом Терезы в родном городе.

Вот только все сделано с необычайным вкусом. Даже сквозь белые чехлы, накинутые на диван и кресла, проглядывает благородная обивка цвета морской волны, а не имитация под кожу зебры или леопарда. Длинные белые вазы, покрытые пылью, расставлены в разных углах комнаты, а на камине стоят рамки для фотографий. Вот только бывшие хозяева так и не смогли доехать сюда.

— Да-а, недурственно, — тянет Алекс и в замешательстве проводит пятерней по вьющимся волосам.