Жена поневоле

Шорох захочет отыграться и вернуть свою сотню баксов.

— Только я? Не темни, Багратов!

— Поговорим дома, Эрика, — отрезает Дамир.

Его лицо в ту же минуту принимает нечитаемое выражение. Он замолкает. И молчит вплоть до того момента, как мы пересекли порог его особняка. Муж задерживается у порога, слушая доклад управляющей. Воспользовавшись моментом, я направляюсь прочь от него.

— Куда? — рыкает Багратов, догоняя меня.

Я останавливаюсь на половине пути к лестнице.

— Переодеться. И я хочу отдельную спальню.

— Твоя спальня располагается не в том же самом месте, где и всегда.

— И где же она?

— Ты делила её со мной до сих пор, так и останется, — невозмутимо отвечает Дамир.

— Ни за что! Я не стану ночевать с тобой в одной спальне.

— Спать на одной кровати, — дополняет мои слова Дамир. Муж двинулся в мою сторону, загоняя меня в угол. — И не только спать.

— Отпусти меня, Багратов!

— Не хочу.

Дамир прижимает меня к стене. Его глубокий взгляд медленно очерчивает моё лицо и красноречиво скользит вниз.

Предвкушение охватывает всё моё тело. Странный трепет в груди вместо привычного сердцебиения. Багратов наклоняется, лаская мои губы горячим дыханием. Это так интимно и нежно. С губ срывается тихий выдох со стоном. В тот же миг Багратов отстраняется, довольный произведённым эффектом.

— Дыши, птичка. Просто дыши. Согласна?

— На что? — переспрашиваю я, ненавидя дрожь в голосе. — На то, чтобы дышать?

— Оставаться моей женой.

— Не понимаю, зачем тебе это? — я подтягиваю простыню повыше.

 — Мне кажется, что ты хочешь меня гнусно использовать в своих интересах. Вслепую.

— Во-первых, не гнусно. Во-вторых, если хочешь поиграть с завязанными глазами, это очень легко устроить…

— Ни за что!

Воспользовавшись тем, что Багратов расслабился, я мчусь в сторону лестницы. Но наступив на длинный край простыни, едва не упала. Сильные руки подхватили меня в последний миг, удержав от падения.

Багратов. Снова он и только он. Муж прижимает меня к своему телу. Спиной я чувствовала крепость его стальных мышц.

— Осторожнее, птичка. Ты не умеешь летать, — усмехается муж.

Я дёрнулась в капкане его рук — бесполезно.

— Отпусти! — снова потребовала я, теряя надежду на освобождение.

— Могу сделать кое-что другое…

Дамир подхватывает меня на руки и поднимается по лестнице, направляясь в спальню.

— Я против, Багратов! — повторяю я безуспешно. — Не смей меня трогать!

— Думаю, что ты тоже этого хочешь, — ухмыляется в ответ муж.