Жена поневоле

Резко нажимаю на газ. Bentley срывается с места.

Стрелка спидометра неуклонно ползёт вверх. Я матерю ленивых, сонных и нерасторопных водителей. Подрезаю всех, кого только можно. Несколько раз пересекаю двойную сплошную. Проехавшись на красный, вылетаю на встречку, едва успев выровнять ход автомобиля.

Держись, Эрика! Не смей задыхаться!

Я стискиваю челюсти с бешеной силой. Зубы едва не крошатся друг об друга.

Я лавирую по дороге, а сам пытаюсь прикинуть варианты развития событий. Что произошло? Как? Если аллергия, то почему показала себя именно сейчас, как бомба замедленного действия?

Сердце колотится в грудной клетке в сумасшедшем ритме.

 Давно меня так не скручивало паникой за другого человека. Я ещё не отдавал себе отчёта, что это было — страх потерпеть крушение, оказаться бессильным перед лицом трагедии или искреннее переживание за жизнь фиктивной жены, с которой я внезапно не захотел разводиться.

Добравшись до клуба, я выпрыгиваю из салона задолго до того, как автомобиль остановился окончательно.

Мчусь в клуб, не чуя ног, распахивал дверь за дверью.

Персонал клуба распластывается по стене, не желая оказаться на моём пути. Я неистово матерюсь вслух и больше всего на свете боюсь опоздать. Влетаю в спальню и сразу же бросаюсь к Эрике. Она тяжело дышит. Казалось, вот-вот задохнётся.

Подхватив жену на руки, выбегаю с ней на свежий воздух.

— Циклоп! Вызови скорую! Живо!

— Уже вызвал.

— Как ты? Эрика?

Я беспомощно вглядываюсь в светлое лицо. Пухлые губы были приоткрыты.

Свистящее дыхание вырывается через них с трудом. Глаза прикрыты, веки едва заметно дрожат.

— Эрика… Милая. Дыши, слышишь? Дыши, птичка. Вдох-выдох! — прижимаю её к себе, целуя светлые волосы. — Я не позволю тебе умереть. Будешь жить. Поняла?

Вдалеке слышатся завывания сирен скорой помощи. Почему так долго?!

— Дыши, Эрика. Скорая уже рядом. Слышишь?

— С-с-с-лышу, — сипит Эрика. — И ты меня услышь. Я хочу развод!

Последняя фраза произнесена чётким и спокойным голосом. Догадка ослепляет меня, как вспышка шаровой молнии.

 Я отстраняю девушку от себя. Заглядываю в её зеленоватые глаза с триумфальным эхом на дне глубоких зрачков. Пухлые губы коварно изгибаются в довольной улыбке.

— Услышал, Багратов?

— Кому плохо? — раздаётся вопрос где-то над ухом.

Циклоп начинает ржать. Громко и протяжно. Но потом резко обрывает свой смех.

— Уже полегчало. Свободны!

Циклоп отстраняет врачей скорой помощи в сторону. Я резко встаю, спихнув жену с колен.