Заучка для боксера

Потому что прогноз погоды точно составлял тот же умник, который пишет гороскопы!

Хера себе, легкий летний дождь! Если это легкий и летний, то я Супермен.

И заучка еще своими вибрациями мне всю сознательность сбивала. Тряслась так, что меня самого подкидывало. Сейчас бы самое время геометрию ей преподать. Отношение прямой к ее окружностям. И «прямая» напряглась так, что даже свободные спортивные штаны не спасали. Хорошо, что на улице темно и ей не видно.

— Так хочется тебя поцеловать, — признался хрипло и коснулся кончиком носа мочки ее ушка.

Малинка напряглась, а меня уже даже локомотив бы не остановил. Поднял руку, обхватывая ладонью ее шею, выдохнул и поцеловал. Невинно чмокнул в губы и задержался так секунд на пять. Если бы мог, то стек бы лужицей к ее ногам. В жизни не думал, что невинное касание губами может настолько завести. В глазах потемнело, мышцы напряглись, а мне потребовалась вся сила воли, чтобы не позволить себе чего-нибудь лишнего.

Она не сопротивлялась. Заучка просто окаменела в моих руках и, кажется, даже не дышала.

Мне кабздец! Зато умру счастливым! И очень возбужденным. Очень. Думаю, что если она меня убьет прямо сейчас, то мое бездыханное тело будет еще минут пять дымиться от неудовлетворенного желания.

— Дыши, Малинка, — посоветовал я, видя, что она слегка не в адеквате.

Она моргнула и так резко вскочила на ноги, что если бы не моя реакция — здорово треснулась бы затылком о крышу беседки.

Умирать, так с музыкой!

— Багров, это что сейчас было? — пискнула Малинка.

— Непонятно, да? Повторим?

— Убью, — пообещала она.

Новая вспышка молнии и я заметил, как она покраснела, а в глазах отразилось что-то, чего я не успел считать.

В обморок не упала — уже радость. А дальше я добью. Теперь точно, потому что таких поцелуев в моей жизни еще не было. Пусть позлится — мне в кайф, когда она бровки хмурит.

И даже если она мне завтра вместо обеда яд на тарелочке принесет — съем.

— Дикарь!

Ну, наконец-то, пришла в себя! Я уж думал, что все, совсем труба и Малинка зависла.

— Неандерталец! Физкультурник!

— Продолжай, — расплылся я в широкой улыбке.

— Гад! Хам!

— Я такой, — согласился я.

— Никогда больше не смей так делать! — выпалила Малинка.

— Как? — хрипло поинтересовался я. — вот так?

И снова ее поцеловал.