Развод с миллиардером

"

"Сердце в груди пропускает удар, а потом с удвоенной силой пускается вскачь, разнося по венам горячую кровь. Не верю, что это сделала. Не верю, что соглашусь так просто на его предложение.

Но возможность вернуть свое и восстановить справедливость слишком заманчива. Если появление Тимура не знак свыше, то как по-другому истолковать это?

Я с замиранием сердца жду ответа.

Пять утра. Что ж, наверное, он спит.

Семь утра. Я так и не расстаюсь с телефоном. Нервы накалены. Я на пределе.

Восемь утра. Мне пора на работу, но я не могу заставить себя выйти из квартиры.

Нет, нельзя быть такой беспечной. Тимур, скорее всего, придет в кофейню. Там и встретимся.

Я стою перед зеркалом, придирчиво разглядывая себя. Кажется, это платье полнит меня. Лучше красный сарафан. И волосы в хвост соберу. Жаль, что не успела в пятницу ресницы нарастить. И поход к косметологу отменить пришлось из-за работы.

До кофейни добираюсь на такси. Мы открываемся в десять, поэтому я оглядываюсь по сторонам в надежде увидеть Тимура снаружи.

– Ладно, Майя, не будь дурой. Сделай вид, что тебе все равно. В конце концов, это ему надо, а не тебе. Мне-то вообще фиолетово, – бубню себе под нос, пытаясь успокоиться, и толкаю дверь, ступая в пустое помещение.

Девочки суетятся на кухне. Принимают выпечку из кондитерской и продукты от поставщиков. Я прохожу в раздевалку и достаю из шкафчика рабочую форму администратора. Да, теперь я не могу позволить себе контролировать все, сидя в кабинете, лишняя единица персонала нам ни к чему.

Каждый раз, когда слышу трель колокольчика у входной двери, сердце от волнения сжимается и я спешу проверить, не Тимур ли это. Но Аврамов не появляется. И на сообщение не отвечает. К концу дня мне начинает казаться, что он и в самом деле приснился. Только расспросы девочек о красавчике, с которым я вчера уехала, доказывают, что это был далеко не мираж.

Ночью меня снова съедает бессонница. Я сжимаю в руках телефон, боясь пропустить звонок Тимура.

Тимур не появляется и на следующий день. Я решаю, что он сам передумал. Либо таким образом просто издевался надо мной. Проверял, клюну ли я на его удочку, и исчез. Смеется, наверное, где-то надо мной, думает: вот дура, повелась.

Обидно за себя становится. А ненависть к Тимуру возрастает еще больше.

Не приедет он. Три дня прошло.