Запрещенная реальность. Том 1

Ивакин молча выпил еще бутылку пива, поковырял остатки раков, отодвинул тарелку.

— Вообще-то, если дела обстоят так, как ты говоришь, можешь в любое время сойти с дистанции. Задание выполнено до команды «в ружье», естественно, свидетелей брать придется живыми. Дикой не хочет тобой рисковать и предложил дать «губошлепам» отбой.

Матвей посмотрел на Ивакина сквозь бокал.

— Борис Иванович, вы знаете меня достаточно хорошо…

— Потому и не согласился с шефом. Во-первых, ты первый перестанешь себя уважать, уйдя в тень, а во-вторых, руководители ГУБО поверили в тебя.

Неожиданно зазвонил телефон. Ивакин вздрогнул, с удивлением воззрился на белый аппарат фирмы «Саундизайн», соединявший в себе часы, будильник, магнитофон, радиоприемник и телефон. Заметил взгляд Матвея, кривовато улыбнулся:"

"— Синдром застигнутого врасплох любовника… Но мне никто не должен звонить. Вообще никто не должен звонить, это телефон моей личной «горячей линии».

— Как в анекдоте: не может быть, чтоб Петька помер, он нам еще должен.

Борис Иванович оценил шутку, снял трубку:

— Слушаю.

В трубке зачирикали воробьи отбоя.

Контрразведчики молча смотрели друг на друга.

Ровно в одиннадцать вечера Матвей нырнул в благоухавшую свежестью постель, предвкушая удовольствие чтения, и в этот момент дверной замок сыграл марш непрошеного гостя. Матвей замер, непроизвольно сжимаясь и вызывая секундный стресс. Но интуиция сигнала тревоги не подала: звонивший опасности не представлял. Напротив, пси-фон его был добрым и, судя по «цвету» ауры, сам нуждался в защите.

Недоумевая, Матвей накинул халат и открыл дверь. Перед ним стояла Кристина. Не то чтобы зареванная, но явно пустившая недавно слезу.

— Явление Криста народу, — сказал Матвей первое, что пришло в голову, встревожился: — Что случилось?

— Может быть, впустишь? — Кристина оглянулась, зябко передернув плечами. Матвей отступил в сторону, запер дверь. Кристина молча прошествовала в ванную, закрылась. Послышался плеск воды.

Почесав в затылке, он зажег газ на кухне, поставил чай, достал хлеб, масло, сыр, сделал бутерброды, и когда гостья, приведя себя в порядок, вошла в комнату, то увидела чай в пиалах, конфеты и бутерброды.

— Извини. — Девушка смутилась, перехватив его взгляд, уколовший голые коленки; одета она была в бело-голубой блузон, не годившийся для вечерних прогулок; на шее алела свежая царапина.

— Кошки? — Матвей придвинул второе кресло ближе к столу из полупрозрачного пластика.