Запрещенная реальность. Том 1

Тогда Матвей вошел в арку дома напротив хозмага и во дворе под липами увидел белый «рафик» с матовыми стеклами по бортам. За рулем сидел какой-то бородатый тип и читал газету. Увидев Соболева, он выбросил газету в окно, и Матвей повернул к «рафику»: машина ждала его.

Горшин, как и было условлено, сидел в салоне микроавтобуса — в строгом сером костюме, белой рубашке с галстуком и летних туфлях. В этом наряде его можно было принять не то за директора банка, не то за агента спецслужб. Сжав как клещами руку Матвея, он окинул его взглядом и кивнул на стопку одежды на сиденье:

— Переодевайтесь.

— Зачем?

— Едем вызволять Ариставу."

"Матвей едва удержался от возгласа удивления, недоверчиво глянул в безмятежное лицо Тараса, хотел выразить сомнение в целесообразности столь нахальной операции (днем?! на глазах врачей и двух десятков охранников?), но поймал сверлящий взгляд Горшина, насмешливый, ироничный, полный уверенности в себе, и стал молча переодеваться в точно такой же костюм, что и на «чистильщике».

«Рафик» тронулся с места, выехал со двора и влился в транспортный поток улицы.

— Костю держат на Большой Потемкинской, в Первой спецтравматологии, принадлежащей ФСК, — сообщил Тарас, достал из сумки какие-то карты, сунул Матвею. — Это план здания, фото и схема охраны. В вашем распоряжении четверть часа. Справитесь?

Матвей взял пачку листов, принялся изучать. Вопрос задал лишь один:

— Кто еще участвует в операции?

— Я и водитель, — ответил Горшин, ожидая реакции Матвея, но, поскольку тот оставался невозмутимым, добавил: — Существует теория увеличения результативности при увеличении риска, я ее проверил на практике.

Вскоре машина остановилась.

— Приехали. Вы готовы?

Матвей сложил фотографии, схемы и планы в стопку, подровнял и вдруг мгновенным ударом указательного пальца пронзил всю стопку насквозь.

— Пошли. Силой эту больницу все равно не взять, так что ваш расчет на внезапность и наглость может сработать.

— Существует поговорка: сила — пропуск для входа, ум — для выхода.

Матвей не ответил и стал вылезать из «рафика».

Центр спецтравматологии представлял собой с виду небольшое двухэтажное здание в форме буквы П, окруженное парком и забором из металлической сетки.