Запрещенная реальность. Том 1

Ну, так я пошел?

— Погоди… не пори горячку… извини, я же не знал… Послушай, а что, если ты с ребятами проведешь пару занятий?

Матвей посмотрел на майора, заколебался было, собираясь ответить отказом, но снова не увидел в ауре этого человека коричневых негативных оттенков и согласился.

Два дня по утрам он занимался с бойцами «Грозы», показывая им специфическую технику русбоя, приемы из арсенала импоссибл и «комба», учил сосредоточению и работе на уровне мусин — отсутствия разума во время отражения многовекторной атаки, а потом Белоярцев объявил о «предстартовом положении».

— Готовится одна операция, — сказал он после утренних занятий «спецухой» и отработки элементов штурмовых и десантных задач. — «Альфа» плюс «Вымпел-2» плюс мы. Готовность — единица. До вечера всем отдыхать, ждать сигнала.

— Что предстоит? — спросил его Матвей, когда все разошлись.

— Штурм и захват, — ответил Белоярцев. — Но вводную мы получим лишь за час до начала проведения во избежание…

— Утечки информации.

— Мы недавно стали так работать, наткнувшись пару раз на соперничающие службы.

До вечера Матвей читал, вспоминал приемы переданной ему во сне системы шокового поражения человека одним прикосновением, составлял план проникновения в подземный мир Москвы. А после ужина позвонил Василий:

— Наконец-то я тебя застал! Как дела?

— Как сажа бела, — обрадовался Матвей. — Как ты узнал номер моего телефона? Это же «четырехнулевая крыша»?

— Цыганка нагадала… не забывай, я теперь «чистильщик».

— Я уже прикинул вариант, необходимо встретиться и обговорить детали. Ты где остановился?

— Только что получил такую же «крышу», как и ты, в Ружейном переулке. Можешь заехать хоть сейчас.

— У нас объявлена «готовность один», завтра планируется операция.

— Надо же, у нас тоже. Не одну ли задачу решаем? Шучу. Когда встретимся?

— Завтра вечером, если уцелеем.

— Типун тебе на язык! Я суеверен.

ИНИЦИАЦИЯ ПЕРЕСЕЧЕНИЯ"

"Встреча директора ФСБ и начальника Главного управления по борьбе с организованной преступностью проходила дома у генерала в отсутствие свидетелей, и даже телохранители обоих терпеливо ждали решения начальников за пределами квартиры.