Зараза 3

— Похоже, я нашел свою суперсилу!

— Удиви меня, и я напишу про тебя репортаж, — Катя сделала вид, что пишет в блокноте. — Так и запишем: герой зевоты и подушек…

— Я же серьезно. Прикинь, а похмелья нет, — я увернулся от воображаемого листика, который сестра вырвала из блокнота и, скомкав, бросила в меня. — Но в сон клонит, как будто мы опять картошку на теткиной даче копали.

— К сожалению, перегар не дихлофос, от него даже тараканы не дохнут, не то что зомби. Так что сомнительная суперсила, — сестра покачала головой.

— Ладно, скажу Платону, что на совет анклава выживших лагерей ты не придёшь?

— Именно, — я потянулся, позевывая, — все иди, заход не прокатил. Иди пошпионь там, а я потом твой репортаж почитаю.

Я перевернулся на другой бок, натянул одеяло и попытался уснуть. Похмелья действительно не было, голова не гудела, желудок не крутило, в пот не бросало. Никаких мечтаний о холодненьком пивке, а вот яичницу (а на острове были куры) с беконом и стаканом апельсинового сока приму обязательно, но пока ещё спать.

Организм, как повербанк, показывал только четверть заряда. Это по ощущениям, так-то, конечно, никакие лампочки на мне мигать не начали.

— Космос, вставай!

— Вы сговорились что ли? — я приоткрыл один глаз, щурясь на Мирного, создавшего приятный полумрак, заслонив окно.

— Пива хочешь? — парень отхлебнул из банки и рыгнул, заполнив комнату перегаром с хлебным запахом.

— Нет, — я накрыл голову одеялом.

— А его и нет больше, — хохотнул Мирный. — Вставай, нас Гринч звал.

***

Завтрак пришлось отложить на потом, как и разбор результатов общелагерного совета.

Мы теперь называли себя анклав, состоящий из четырех лагерей: ЖД-музей, нефтебаза, остров Банс и порт, где засела береговая охрана. Несмотря на то, что уже действовали сообща, главы общин подписали договор о поддержке и сотрудничестве. Причем сделали это демонстративно, чуть ли ленточку не резали, когда радио связь наладили и послов отправляли. Но выжившим понравилось, порядок - признак стабильности, надёжности и шансов на светлое будущее.

Гринч был в своей мастерской, что-то колдовал на верстаке, но уже не нашу бомбу. Махнул рукой в сторону стола, на котором стоял здоровый баул, а сам остался на месте.

То, что я сначала принял за баул, оказалось гермомешком с лямками, как у рюкзака.

Высокий, на вид литров на сто, с перекрученным горлышком, защелкнутым на карабины. На боку логотип ноунем фирмы и многообещающая надпись: SUPER PRO. Верх и низ обклеены черно-жёлтым скотчем.