Зараза 3

Почти сразу послышались тихие короткие команды на ломанном английском вперемежку с русским: стоп, тихо-тихо, не балуй, дай поговорить, пусть сами порешают…

Все тихонько, без нервов. Вроде как не пираты против ЧВК и не общедомовое собрание жильцов с управляющей компанией, а просто мило беседуем. Но тлеет вокруг фитилек нервного срыва и последующей бычки. Одно резкое движение, и все начнут палить во всех. Я прям готов был молиться, чтобы у кого-то из пиратов палец на спусковом крючке не свело.

Дуглас побагровел, но пороть горячку не стал.

Посмотрел на меня, как в том фильме, где: “взвесили, измерили и признали непригодным”, а потом сказал:

— Окей, хочешь что-то забрать у меня, так заходи и попробуй. Сам.

Дуглас скрылся в башне, и «Пума» дала задний ход. Но ворота за ней не закрылись. Платон улыбнулся, кивнул мне и позвал проследовать за ними на своих двоих.

— Спасибо, — только и успел я сказать, проходя мимо Платона, когда Мирный сграбастал меня в свои объятья.

— Сочтемся, мы итак тебе должны, — ответил Платон.

— Ты, главное, не помри, а то совсем неудобно будет.

— Да, отвали ты, сейчас ребро треснет… — я, наконец, высвободился от Мирного, но и то потому, что он заметил Катьку и поспешил к ней, — Чего ждать?

— Махач будет, осторожней с ним, у старого лиса в запасе столько козырей, что даже моргать опасно, — Платон чуть стиснул мое плечо, я ответил тем же.

И в этих жестах как-то сразу все было сказано и закрыты все вопросы. Чай не кисейные барышни сопли разводить, да обидками мериться.

Платон действует в интересах себя и отряда. Я всегда это знал и сейчас не исключение. Дает мне шанс свалить Дугласа, значит ему это выгодно. Завалю Дугласа, и все окажутся в выигрыше.

Я прошел мимо ворот во двор особняка, поглядывая по сторонам и изучая обстановку. С одной стороны, ряды армейских палаток, с другой — парковка техники. Старые развалины, вход в какие-то катакомбы, перекрытый ярким скотчем. В центре двора круглая площадка с газоном, вокруг которой к дому подъезжали машины.

Диаметр чуть больше двадцати метров. Газон сильно притоптан, на земле видны подсохшие темные пятна, а по кругу вместо заборчика воткнуты шесты с головами зомбаков.

— И вы туда же? — я покачал головой, — Хоть людей-то еще не едите?

— Что? А ты про это, — Платон улыбнулся, а потом передернул плечами, — Тренировочная площадка просто, чтобы к мертвякам привыкнуть.

К кругу стали подтягиваться люди. Как парни из волков, так и основа «глобалов».