Забавы ради...

***　

— Нет, Черепанов, — услышала Ленка приглушенный голос из коридора, — Ты все-таки говнюк. Звонишь мне, а сам в хату не пускаешь.　

— Вали домой, Бася, — спокойно отвечал Герасим, а Елена заулыбалась. Оказывается, она уже успела соскучиться по глосу Геры.　

— И почему Ленка выбрала тебя, а не достойного мужика? — вздохнул Василий, — Слушай, а есть шанс, что вы разбежитесь?　

— Вась, ну, правда, завязывай, — вздохнул Черепанов.　

Слушая разговор двух друзей, Елене, почему-то захотелось показать Василию, что они не собираются разбегаться, что она выбрала Геру, что другого претендента на свое сердце даже и не рассматривала.

Отыскав в сложенной на подоконнике одежде мужскую рубашку, Елена надела ее на голое тело. Убедившись, что наряд скрывает попу и даже бедра, Соколова выплыла из ванной, заставив Басю замереть на полуслове.　

— Охренеть, чтоб я сдох, — вырвалось у Василия, — Лен, я кажется, влюбился.　

— Не поможет, Бася, — хохотнула Ленка, не воспринимая Барычинского всерьез, — Мое сердце принадлежит вот этому парню.

И подойдя к улыбающемуся Черепанову, Ленка закинула руки на его плечи, привлекая за шею к себе.　

— Ребят, ну, я так не играю, — обиженно просопел Василий, но на лице парня играла довольная улыбка. Рад был Барычинский за друга детства, очень рад.　

Обойдя целующуюся парочку, Бася прошел на кухню, оставил пакеты, и, вернувшись в коридор, наигранно горько вздохнул.　

— Лен, ну, если все же передумаешь, — «тонко» намекнул парень.

Ответа не последовало, да, собственно, Василий на него и не рассчитывал. Все еще широко улыбаясь, покинул квартиру друга, захлопнув за собой дверь. Насвистывая, спустился по лестнице, игнорируя пустой лифт, и оказавшись в машине, взглянул на окна новой квартиры Геры. Нет, самую малость он, разумеется, завидовал. И даже не тому, что девушка у Черепанова красавица, нет. Он тоже хотел испытать подобные чувства, чтобы крышу сносило от одного только вида любимой девчонки. Да вот не везло пока Басе, не везло.

***　

— Ушел? — тихо шепнула Ленка, капельку отстраняясь от парня.　

— Ушел, — подтвердил Гера, но девушку из рук не выпустил, а наоборот крепче прижал ее, — Ты очень красивая, Лен…

Соколова скромно улыбнулась. Она уже знала этот взгляд, обжигающий, колдовской, крышесносный.　

И поддалась парню навстречу. Поддалась его жарким и крепким рукам, его забирающим дыхание губам, его страсти и нежности, сквозящей в каждом движении.