Выжившая из Ходо. Эльфийский турнир

Несмотря на то что золотая искра спала, трогать их я не рискнула. Вместо этого, на помощь пришла окарина.

Я осторожно коснулась губами прохладной поверхности и выдула первые звуки мелодии. Аккеро слушал внимательно, поглядывая по сторонам. Наверняка он чувствовал, как откликается мир духов, как земля отдает мне свою силу. И трескается. Снег осыпался внутрь ямы, пока из нее выбиралось поднятое мной тело. Дух, призванный мной, оказался старым и сильным. Новое вместилище пришлось ему по нраву, и теперь он смотрел на меня преданными зеленоватыми глазами.

Я оборвала мелодию и спросила:

— Куда теперь?

Но Аккеро  не спешил мне отвечать. Несколько мгновений он со смесью восторга и отвращения осматривал созданную мной «мертвую копию», а затем резко обернулся и спросил:

— Шиясса, мы еще не говорили об этом. Но все же, кто учил тебя владеть силой?

Взгляд серых глаз стал холодным, и я замерла, лихорадочно придумывая ответ.

Глава 16. Тайны Ястера ч.3

У Аккеро было гораздо меньше предпосылок, чтобы сделать нужные выводы, чем у Стэндиша или герцога Бейтана. Но интуиция подсказывала мне, что с ним нужно быть очень и очень осторожной. Следователь совершенно не боялся «мертвую копию» Ястера. Хотя и продолжал стоять так, чтобы видеть перемещения ожившего мертвеца. И это говорило о том, что Аккеро силен. Создание некромантии пятого ранга он победить может. И судя по его уверенному виду, без особого труда.

Я торопливо сунула окарину в снег, смывая с инструмента кровь. Затем стряхнула с нее налипшие снежинки и убрала в мешочек. Аккеро протянул мне чистый платок и взглядом указал на ладонь, из которой продолжала течь кровь. Разлитая в воздухе и под моими ногами магия одуряла. Мне остро не хватало Тьена, который мог залечить рану. Возможно, стоило взять его с собой.

Аккеро надоело смотреть, как я мучаюсь, пытаясь перевязать ладонь одной рукой.

— Я ничего тебе не сделаю. Не хочешь сдавать мне своего учителя? Понимаю...

Перед глазами снова пронеслись картины прошлого. Заклинание Святого, которое врезалось в грудь Соджи Мисуто. Вонзившийся в то же место обоюдоострый нуамьеннский клинок.

Я подняла глаза на своего спутника и с горькой улыбкой ответила:

— Мой учитель уже мертв. И больше никому не передаст свои знания.