Вперед в прошлое 9

Наблюдая, как Боря собирается в школу, я думал над тем, что значили ее слова. Выходит, не получается у нее своими силами, без меня никак. Или имелось в виду что-то другое?

Поднявшись, я принялся застилать кровать. И все-таки, что сдвинуло дату катастрофы? Наверное, Вера Ивановна. Точнее, то, что она вложит в буйные головушки учеников. Эх, знали бы учителя, насколько они могущественные и какая на них ответственность! Могущественнее врачей, потому что врачи могут спасти человека, а учителя — вырастить и культивировать человека, вылепить личность из пластичного материала, отвести от края, указать путь.

Наташка и мама щебетали на кухне, оттуда тянуло выпечкой, в доме царила атмосфера праздника, даже кислая физиономия Бориса не портила ее.

Я пошел на запах, открыл дверь, и Лаки рванул ко мне, повизгивая и виляя хвостом.

— Меня так не встречает, — пожаловалась мама и пожурила щенка: — Эй ты, неблагодарный! Забыл, кто тебя кормит?

— Запирание в ванной перекрывает кормежку, — сказал я.

Наташка подвинула мне чашку, стоящую на столе. До чего же она счастливая! Словно это она любимого отвоевала у другой женщины! Я и подумать не мог, что сестрица способна так душой болеть за маму. А ведь ей Алексеич даже не нравится.

На столе были бутерброды с сыром, колбасой и настоящим бабушкиным маслом, не спредом. Роскошь! Большинство моих ровесников о таком только мечтают. И кофе, и дорогой листовой чай. Ужасно, когда роскошью считаются обычные вещи. Мы ведь не туземцы отсталые!

Хорошо хоть друзья закрыли базовые потребности благодаря торговле на рынке.

Когда вошел Боря, мама сказала:

— Вася приедет в двенадцать. В шесть будет первый совместный ужин и знакомство.

— У нас тренировка, — сказали мы с Борей хором.

— До восьми, — добавил я.

Мама улыбнулась и выдала вместо ворчания:

— Какие вы у меня молодцы!

Мы с Борисом переглянулись и промолчали, жуя бутерброды.

— Бабушке ты сказала? — поинтересовался я чуть позже.

Мама закивала.

— Конечно! Она вечером будет.

— Что говорит? — уточнил я.

— Рада за меня.

По дороге в школу я думал, что счастливый человек — всегда добрый. Ему кажется, что солнце светит ярче, жизнь балует, и хочется, чтобы все вокруг улыбались. Если взять маму, какой она была весной, и нынешнюю, то перемены очевидны. Она перестала распускать руки и орать на нас, начала с нами разговаривать, слушать, не осуждая, научилась доверять нам свои проблемы.