Возвышение Меркурия. Книга 3

Убраться из зоны поражений не вышло, но кольчуга выстояла, пусть и серьёзно просела. Я же потянулся к душам, что были заключены внутри костяного дракона. С мелочью Сандал разберётся сам. А вот этого гигантского монстра предстояло уничтожить мне.

Отголоски эманаций душ, что находились внутри дракона, я чувствовал неплохо. Но вот сделать с ними что-то не получалось. Тот, кто сейчас использовался в качестве мозга этой громадной туши, раньше явно был сильным Одарённым. И цепко держался за доставшийся ему ресурс.

Костяная махина вывернула шею и снова выплюнула столб пламени. Угодив прямо в Сандала, который с диким клёкотом разрывал позвоночник громадному псу, собранному из человеческих останков.

Ястреб кувыркнулся и рухнул вниз. Я же влил божественной мощи в канал, что нас связывал, а потом ею же напитал всё своё тело. И взмыл вверх.

Прыжок получился не слишком удачным. В левой ноге что-то лопнуло, а правая в момент толчка от земли, вовсе сломалась. К моменту, когда я приземлился на крыло костяной твари, повреждения уже были залечены.

Сандал уже убрался из под атаки, но он сейчас тоже залечивал раны — энергоструктура ястреба зияла рваными прорехами. Вот какого циклопа, эти мерзопакостные создания постоянно пытались добраться до моего спутника?"

"Я обрушил напитанный силой клинок на сочленение крыла. Сросшаяся костяная броня поддалась сразу — она была куда слабее, чем у Слуги с которым пришлось схватить в порту.

Вокруг стояло жутчайшее гнилостное амбре, а воздух был наполнен стенаниям душ, что сейчас медленно сгорали ради того, чтобы костяной дракон двигался. Я же раз за разом обрушивал меч вниз, рассекая место стыка крыла и туши. Да, эта тварь держалась в воздухе совсем не за счёт физических свойств тела. Но если она потеряет крыло, то управляемость конструкцией точно упадёт.

Противник устремился ввысь, заставив меня перепрыгнуть на его тушу и схватиться за торчащую оттуда кость.

— Рви его каналы. Только в призрачном состоянии.

В голове сразу же раздался тихий писк «Сс-с-сделаю», а я вогнал в тушу клинок. Сразу же выдернув оружие из раны, воткнул в неё живой камень, который принял форму небольшого плоского блинчика.