Возвышение Меркурия. Книга 2

Вроде ни слова не сказал, а Одарённый вытянулся стрункой, забыв, как дышать.

— Я бы отвернулся и напомнил бы благородной девушке о правилах приличия.

На моём лице сразу же появилась довольная усмешка.

— А если она в это время пинала ещё одного благородного господина вместе с десятком других полуголых девиц? Заодно обсуждая, что именно они с ним сделают и как накажут? Не знаю, как вы, а вот я в такое вмешиваться не стал. Во-первых, интересно, чем всё закончится. А во-вторых, больно зрелище красивое.

На самом деле, я как раз влез в этот процесс.

Телохранитель монаршей особы сверлил меня яростным взглядом, скорее всего представляя себе процедуру моего четвертования. А сам Алексей невольно покосился в сторону Голицына. Видимо о деталях произошедшего ему не рассказывали. Более того — на какой-то момент мне показалось, что в глазах князя блеснуло что-то похожее на интерес. Сомневаюсь, что он каждый день наблюдал, как разъярённые полуголые патрицианки бьют кого-то ногами.

Не дожидаясь, пока он ответит, я продолжил, закрепляя успех.

— После этого, княжич Голицын вызвал меня на дуэль, в которой полностью проиграл. Возможно это и правда каким-то образом повлияет на его будущий брак, но я не в ответе за решение о вызове. Он принимал его сам.

Сын правителя империи задумчиво посмотрел на меня.

— Ты виделся с Анной Волконской. Получил от неё приглашение посетить вечерний салон.

Город вроде был большой. А слухи разносились быстрее, чем в крохотной прибрежной деревне.

— Она учится в том же университете, что и я. Если же речь об утренней встрече, то княжна передала приглашение от своей бабушки. На тот самый салон.

Момент помолчав, всё же решил выпустить наружу часть бурлящего внутри ехидства.

— Хочу заметить, что если господин Голицын настолько переживает из-за будущей свадьбы, то ему стоит уделять больше времени невесте, а не мужчинам, с которыми она общается.

Вот на этом моменте княжича всё-таки прорвало. Не выдержала нежная дворянская душа.

— Мужчина? Это ты о себе Афеев? Никудышный смерд, которому раз в жизни повезло! Да о тебе уже завтра никто не вспомнит! Как был жалким ничтожеством, так им и останешься.