Влюбленный маркиз

Сначала она корила себя за то, что прошлым вечером опять не справилась с искушением сесть за фортепиано: она камеристка, а не член семьи, но когда услышала игру леди Джессики, ее так и потянуло к инструменту. Мама учила ее играть давным-давно, но пальцы все помнили, и это было восхитительно. К тому же ее хозяйка не имела ничего против.

Когда в комнату вошел лорд Уитморленд, Медди от неожиданности чуть до потолка не подпрыгнула. Она пробыла на новом месте всего ничего, и опять рискует без нужды. Любой другой сразу бы ее выгнал или по крайней мере сделал выговор, но Джастин лишь спросил, где она училась музыке, предложил продолжить играть.

"А потом она зачем-то принялась рассказывать о себе, хотя и не собиралась, и практически обвинила его в том, что он ведет разгульный образ жизни. Конечно, она слышала это от его родной сестры, но это совсем не значит, что у нее есть право повторять ее слова.

А затем он ушел – от нее и из дома. Конечно, такие, как он, иначе и не поступают. Наверняка в каком-нибудь вертепе пил с друзьями и развлекался с женщинами легкого поведения.

Именно это угнетало ее сегодня утром, поэтому она с головой и погрузилась в работу. Каждый раз, когда она представляла, как Джастин с кем-нибудь целуется, у нее сосало под ложечкой, перехватывало дыхание и накатывала меланхолия.

Разумеется, она не могла и надеяться завоевать расположение маркиза: прекрасно осознавала свое нынешнее положение в обществе, но ей по-прежнему становилось чрезвычайно грустно думать, что рядом с ним какая-то женщина.

Джастин прошлым вечером был с женщиной? Так ведь обычно поступают такие, как он, верно? И не привез ее домой? Нет. Нет, потому что в доме сейчас находятся его мать и сестры.

И все же Медди не могла не вспоминать их поцелуй и свои ощущения при этом. Ей было больно думать, что то же самое он проделывает с кем-то еще.

Она резко развернулась. Неужели в этой чертовой спальне не осталось ничего, что нужно свернуть, развесить или вычистить?

Тем же вечером, после того как проводила леди Элизабет с сестрой и матерью на очередной предшествующий сезону званый ужин, Медди лежала на кровати и смотрела в потолок.