Влипла! или Смотри, не влюбись (СИ)

— А тебе идёт, — усмехнулся он.

— Пойду работать в детское кафе.

— Такого в нашем городе нет.

— Открою. Но в нем можно будет только есть и спать. Никаких разговоров. Дядя-демон еще не приехал?

— Нет, пока не видно и не слышно.

— Слушай, Стёп. Дай, пожалуйста, вон тот пиджак, — указала я на черный пиджак Мирона Александровича, висящий на спинке его стула.

— Он тебя за него не прибьёт? Вдруг малой его загадит чем-нибудь.

— Не ной, а! — шикнула я на друга, который неохотно подал мне пиджак. — Значит, будет ему уроком, что нельзя оставлять своего ребенка где и с кем попало.

Аккуратно накрыла спящего на мне мальчишку пиджаком. И себя заодно. Скинула с ног туфли и забралась с ногами на диван.

— Так-то лучше, — выдохнула я облегченно. — Всё, иди и не мешай нам спать. Хотя нет. Включи свет на столе, а верхний выруби. Пусть малыш без лишних раздражителей поспит.

— Я тоже хочу сончас на рабочем месте, — притворно захныкал Стёпа, но сделала так, как я его попросила.

— В следующий раз стой ближе всех к Дяде-демону, чтобы он ребенком попал в тебя.

— Не получится. Тогда мне нужно будет взять еще и твою фамилию, причем в том виде, в каком ее носишь ты.

— Иди уже, Стёпа Уральцева, — хохотнула я. — Ребенка разбудишь. И тарелку с собой захвати, в кухню верни.

— Ладно. Скажу, чтобы в зале вели себя тише.

— Да необязательно, их и так не слышно.

Стёпа аккуратно вышел из кабинета босса и мягко прикрыл за собой зверь, отрезая от нас звуки из зала.

Опустила взгляд на спящего малыша, нежно прижалась губами к его лбу и на мгновение прикрыла глаза.

Носа коснулся приятный аромат мужского парфюма — теплый древесный запах, а вместе с ним абсолютная ему противоположность свежести эвкалипта.

— Вкусненько, — оценила я аромат, а затем заговорщицки шепнула малышу. — Но ты пахнешь вкуснее.

Папы нет уже почти два часа. Уже можно начинать бить тревогу?

Но вот, когда я сама едва не задремала, дверь кабинета резко распахнулась и широким шагом в кабинет вошел Дядя-демон. Паника в серых глазах мгновенно улеглась, когда он увидел своего сына, спящего на моей груди под его пиджаком.

— Ох, прости меня, Тим, — потянул босс свои руки к сыну.