Вернуть истинную

Вот и пусть дальше тоже так считает. Мне же лучше, — хмыкаю мысленно, а уже вслух благодарю Камаю.

— Большое спасибо за пирог. Он был очень вкусным. Тесто нежнейшее, а начинка — пальчики оближешь.

— Хотите, я вам еще по кусочку принесу? У меня есть другие. С творогом и с сыром и зеленью, — тут же откликается оборотница.

Она чем-то напоминает мне бабушку Эльки, такую же добрую, отзывчивую и открытую, готовую накормить любого. От души. Так, что потом еле ноги передвигаешь, чтобы до дивана доползти и передохнуть.

— Мне не нужно, мучное вредит фигуре, — цепляя вилкой тончайший ломтик ветчины, отмахивается Марица.

В отсутствие Лина дамочка совершенно не чурается вести себя высокомерно и вызывающе. Наверное, считает, что ни я, ни Камая не являемся ей равными.

Мне, если честно, фиолетово. Да и по лицу поварихи не вижу особой досады.

Волчица просто делает свою работу. Хотя, что ей? Сегодня мы есть, завтра нас нет. Главное, чтобы ее любимый альфа был доволен. Вот уж на кого женщина смотрит обожающим взглядом, как на собственного дитя.

— А мне с творогом, если можно. Хочу попробовать, — произношу с улыбкой.

Ехидный фырк и «громко говорящий» взгляд Буловой в сторону моей талии игнорирую. У меня нет проблем с лишним весом, зря старается.

— Я тоже присоединюсь к Аниле, — Цеф входит в столовую совершенно неслышно и нисколько не скрывает, что слышал последнюю фразу, — только с разными начинками, будь добра.

Бета вожака встречается глазами с поварихой и одаривает ее теплой улыбкой.

О, эти двое тоже прекрасно ладят, — отмечаю мимоходом.

— Обязательно сейчас принесу, они у меня еще теплые. Специально заворачивала в полотенце на всякий случай, — Камая исчезает на кухне, оставляя нас втроем.

— Хм, конечно, мужчинам не стоит переживать за свою фигуру, вас же не за это ценят, — умудряется и тут вставить своё «фи» Булова, явно желая напроситься на комплимент и быть в центре внимания.

Но, к моей радости, язык у двуликого помощника альфы подвешен очень хорошо, и он легко сглаживает все острые углы, создаваемые высокомерной стервозой.

Выждав для приличия, когда стрелка перевалит на начало одиннадцатого, поднимаюсь, прощаюсь и ухожу. С меня на сегодня довольно.

Устала.

Да и рука все еще немного побаливает, хотя основные синяки как будто бы рассосались. Кстати, очень быстро.