Курятник в пентхаусе

"

"– И дальше полная чушь. Доктор каждый месяц обследует малышей. В медкарте указана динамика роста Листовой, она плавно росла. Средние цифры для малышки трех лет. Открываем отчеты о покупках и видим: ей приобретают наряды и обувь на пятилетнюю.

– Вы полагаете, что настоящая Инесса куда-то делась, а вместо нее появился другой ребенок? – спросила я.

Олеся не заметила моего интереса.

– Забавно еще почитать вердикт психолога. Та отметила, что Листова по развитию намного опережает свой возраст. Говорить короткими фразами, определять размеры предметов: большой, маленький, широкий, длинный, узнавать себя в зеркале – вот это психологическое развитие ребенка в три года.

Но Инесса просто вундеркинд! Она научилась читать, писать, хорошо рисует, отлично танцует! И вот звезда на башенку. Помните, я подчеркнула: архив хранится в двух видах. То, что есть в компьютере, легко изменить, и комар носа не подточит. С бумагой сложней. Так вот, в файле Листовой указан год, когда ее поместили в благотворительный приют, и получается, что девочка провела там пару лет, а потом крошку отправили в платную зону. Я не поленилась изучить бумажный вариант. Там те же цифры, но! Время, когда Инесса была принята в милосердную структуру… Там пятна, вроде как шариковая ручка размазалась, а сверху написана дата.

– Что-то стерли ластиком, – хмыкнула я, – непрофессиональная работа.

– Все сведения о воспитанниках оцифрованы, – пожала плечами Олеся, – в бумаги никто не полезет. Зачем? Их хранят, потому что так положено. Суммируя все сведения, я пришла к выводу.

Некто пытался скрыть возраст Инессы. Девочка была старше, возможно, года на два-три, поэтому исправляли данные о поступлении. Если бы их оставили, то что получилось бы? Ребенок после рождения приезжает в ясли, через четыре года переводится в платный «Луч света», а ему только три исполнилось. Вот и подредактировали, да неаккуратно. Но кто полезет в бумажный вариант? Станут смотреть в компьютере, а там чисто в прямом и переносном смысле слова.

– Вы думаете… – начала я.

– Думаю, – перебила меня Олеся. – В два месяца Инесса в благотворительный проект не поступала. Это еще подтверждается отсутствием документов об опеке. Их нет. Если согласимся, что я права, тогда отпадают все удивления по поводу отсутствия еды, прививок, осмотра врача, няни. Нет девочки, нет и расходов на ее содержание. Но через некоторое время Инесса Листова на самом деле оказывается в платной гимназии. Ее кормят, за ней смотрит доктор, записывает рост и вес малышки.