В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Гарри взбил подушку, с наслаждением вытянулся на хрустящих простынях, решительно скомандовал сам себе не просыпаться раньше завтрашнего полудня, прикрыл глаза и понял, что не уснёт. Он поворочался ещё немного, потом привстал на локте и засветил Люмос.

– Бессонница от усталости не миф, – грустно прошептал Гарри и зевнул, едва не вывихнув челюсть. – И что теперь делать?

Готовиться к урокам не хотелось просто из принципа, в конце концов, выходные уже наступили. Можно было растолкать Малфоя и попробовать надеть браслет с черепами на него, благо Драко горел желанием почувствовать себя «клиентом некроса».

Гарри задумался. В таком случае, для эксперимента требовался ещё один участник, а Поттер остерегался расширять число посвящённых в существование некро-сувенира с весьма неоднозначными свойствами.

Кроме того, результаты последнего испытания браслета натолкнули Гарри на одну очень неприятную мысль, и теперь он банально трусил.

Серия опытов показала, что артефакт всего лишь усиливал злость и страх хозяина, и больше ни для чего не был пригоден.

«Это точно «защитка», – сказал Драко, едва придя в себя после опыта, – но пассивная, нерассуждающая. Хозяин боится, а цацка проецирует его страх на всех окружающих без разбора, усиливая многократно. Эта штука явно предназначена для разгона толпы, подобравшейся слишком близко. Учитывая предположительное время её создания, всё сходится.

«Кто я? – грустно спросил Гарри сам себя и опять проверил блокировку браслета. Тот мирно спал. – И как теперь быть со всеми этими тайнами?»

Он достал дедов кошель и вытряс на кровать всё, что в нём находилось: несколько сложенных пополам фунтов, горстку галеонов и сиклей, перемотанную скотчем аптекарскую склянку с «хренью», письмо Карлуса Поттера, письмо Дамблдора, послания мистера Сметвика, папины заметки, родительские письма, пяток коротеньких записок от Дадли: «Жив, здоров, всё при встрече.

Он задумчиво позвенел галеонами, поворошил бумаги, достал футляр с Прыткопишущим пером, лёг, закинул руки за голову и привычно отбросил лишние мысли.

«Роберта Уилкис сказала мне, что пожирательские дети меня используют.