Твоя вина

Но парни – повсюду, ты не можешь изолировать меня! Наверняка ты бы так не отреагировал, если бы специалистом оказалась женщина.

– Я хочу только лучшего для тебя, Ноа, и чтобы тебя вылечили!

Ее глаза широко раскрылись от удивления и взглянули на меня с болью.

«Дерьмо».

– Вылечили? – повторила Ноа тихим срывающимся голосом. Не дав мне времени задержать ее, она открыла дверь, выскочила из машины и бросилась наутек.

Я вышел из салона так быстро, как мог. Когда догнал ее, она уже набирала чей-то номер.

– Кому ты звонишь? – спросил я, подходя к ней вплотную.

Ноа посмотрела на меня. По ее щеке катилась слеза. Я попятился и сглотнул.

– Ноа… я не это имел в виду… – начал я примирительным тоном.

– Отойди, – приказала она, прижав телефон к уху. – Я не больна, Николас, не могу поверить, что ты это сказал.

«Черт, дерьмо!»

Я шагнул к Ноа.

– Ник, отойди!

Я выругался, слушая, как она диктовала кому-то адрес.

– Ноа, я просто… – взмолился я, когда она сунула телефон в сумочку.

Она развернулась, бросив на меня яростный взгляд.

– Мне нелегко, Николас! Я делаю максимум, чтобы нам было хорошо, чтобы у нас все получилось, а ты не хочешь меня понять и твердишь, что не доверяешь мне, а мне это надоело!

Ее слова причиняли мне страдания, как колья, по очереди вонзаемые в сердце.

– Прости меня, Ноа, – извинился я, стараясь взять себя в руки. – Конечно же, ты не больна, я никогда даже не думал ничего подобного, но я очень хочу, чтобы тебе стало лучше и ты не боялась, перестала убегать от меня.

– Тебе надо, чтобы я все делала на твоих условиях, Николас! – огрызнулась она, растирая плечи и продолжая идти вперед. – Это безумие… тебе нужна помощь! Ты видишь угрозу там, где ее нет!

Я приблизился к ней, несмотря на то, что встретил отпор минуту назад. Ее глаза метали молнии, однако я сумел обнять Ноа: я немного наклонился, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

– Ты снова и снова ищешь любое оправдание, чтобы дистанцироваться от меня. Зачем ты так поступаешь?

Ноа покачала головой и на мгновение зажмурилась.

– Думаю, нам нужно время, – сказала она, уставившись себе под ноги.

Я бережно взял ее за подбородок и заставил посмотреть на меня.

– Ты серьезно?

В ее глазах опять заблестели слезы.

– Думаю, нам обоим необходимо взглянуть на вещи под другим углом и соскучиться… Послушай, Ник, сейчас я не узнаю тебя, не узнаю нас. Чувствую только ревность, и это неправильно.

– Ноа… Рыжая, не отдаляйся от меня, – вырвалось у меня.