Ты мой! Расплата за измену (СИ)

– Угрожал покончить собой, если уйду от него, – она откинулась на спинку, изменившись в лице. Воздух стал осязаемо вязким, с привкусом непонятной тревоги.– Почему ты им интересуешься? Я чего-то не догоняю?

– Ты знала, что его со старшим братом воспитывала тётка?

Она пожала плечами, выискивая глазами, чем бы укрыться, почувствовав внезапный холод.

– Ну да, родители погибли в аварии.

– Брата смога бы узнать?

Нина наморщила лоб, вспоминая, при каких обстоятельствах в последний раз с ним пересекалась.

– Вряд ли. Видела пару раз мелько… – она не договорила, уставившись на Олега округлившимися глазами.– Это он! Тот мудила, что порезал нам колёса…

Он кивнул, убедившись в собственной версии.

– История с катастрофой родителей очень уж подозрительная, – Бероев вскочил на ноги.– Владимир Осипов отмотал пятнашку за двойное убийство. Вот почему, так тщательно прятал пальчики.

Нина вскинула бровь.

– Я не знала. За что?

– Сжёг пару коммерсов, одному из которых задолжал крупную сумму.

В машине кредитора заживо поджарил, перед этим переломав битой руки и ноги.

Она побледнела. Монстру на самом деле ничего не стоило убить малышей.

Олег усмехнулся.

– Доходит?

– Не совсем… – Совершенно резонный вопрос: – Почему на меня открыл охоту?

– Младший Осипов двенадцать лет периодически отдыхал в психушке.

– Что?

– Шизофрения.

Нина накрыла ладонями щёки.

– Господи! У него, когда мы встречались, случались закидоны, но не думала, что из-за болезни.

Антон сам себя сделал. Круглый отличник. Закончил на бюджетке университет. Работал финансовым директором… – она качала головой, не веря в то, что сейчас услышала.– Сам знаешь, как тогда делались деньги. Я видела у него дипломаты с баксами за откаты. «Дочка» нашего комбината, через которую проворачивали дела.

– Его мозг тоже тебя возбуждал? – Бероев достал из холодильника минералку и разлив шипучку по стаканам, осушил свой за секунду.

– Частично, если бы не зажимал безумной ревностью, – Нина крутила в ладонях тонкий стакан, вспоминая, что давно выкинула из головы. – Мне восемнадцать, а Осипов требовал сидеть по вечерам дома и преданно заглядывать в глазки.

Бероев усмехался.

– Это точно не про тебя! Но и соплежуем он не был, судя по твоему рассказу. Деньги тогда делали совершенно другие ребята.

– Чем я перед ним виновата? – слишком долгое объяснение путало мысли.