Наша навсегда

Я полежу… И пойду Ире звонить… У меня песня есть, новая…

— Нам потом напоешь…

— Ага…

Я закрываю глаза, убаюканная этой песней, возникшей в моей голове совсем недавно, словно бы ниоткуда.

Она, тихая, красивая, прозвучала среди ночи, словно меня кто-то толкнул в плечо.

Странный сон, который практически не запомнился. Только глаза женщины, водящей по моей ладони длинным ногтем.

Только слова ее: “Счастливой будешь, девочка. Они любить тебя будут так, как никто никогда не любил”.

Только эта мелодия, закругляющая, завихряющая все случившееся со мной в бесконечный калейдоскоп стремительно меняющихся картинок.

Словно сама жизнь.

***Пусть гадалка ноготком проведет по грампластинкеи предскажет нам любовь, бесконечную, как жизнь.Только за руку возьми, как на фотках, по старинке.Только за руку мою ты, пожалуйста, держись…81. Эпилог 1

— Большой, когда там Жнецы уже выйдут из тени?

— Да хер их разберет… — Большой тянется к бокалу с темным напитком, со вкусом его отпивает, заедает сигарой.

Бешеный Лис наблюдает это все с плохо скрываемым скептицизмом и нетерпением.

Знает, что, пока приятель не выдохнет после суеты большого города, который он, признаться, терпеть не может, пока не насмотрится на свои любимые елки, мать их, палки, толком ничего не скажет.

Да и вообще… Они отдыхают. А на отдыхе Большой не любит работать. А кто любит?

Нет, скажите, кто любит?

Но деваться некуда.

Ворох проблем наковырял Бешеный Лис по наводке братишек Жнецов. Так вот иногда и подумаешь, что лучше бы не знал нихрена… Но это слабость и тупость, естественно.

И стопроцентный вариант того, что потом незнание это ебнет по тебе в самый неприятный и неожиданный момент.

Как пять лет назад, когда подловили его, а пострадал Генька.

И, хоть все причастные уже наказаны, а сердце все равно неровно бьется, стоит лишь вспомнить…

Разгар лета в Карелии хорош. Вечера, яркие, тихие. Гнуса практически нет, потому что хвойный лес. Да и Большой за своей территорией ухаживает.

После бани приятно посидеть в плетеных креслах на веранде банного комплекса, посмотреть на умиротворяющую зелень… Реально хорошо. Ни баб не надо, ни музыки. Только тишина. И неторопливое спокойное общение.

Где-то вдалеке слышен веселый смех. Это девчонка Большого, Василиса, катается на качели. А два влюбленных в нее балбеса раскачивают ее, переругиваясь и деля очередь, кто будет дальше качать.

Надо же, месяц прошел, как они здесь, а все никак не утихомирятся.