Тот, кто назначен судьбой

Обошел соседок общежитских и попросил помощи. Сердобольные бабоньки помогли и вымыть жилье, и получить у коменданта всю полагающуюся мебель и инвентарь, да еще и ужином накормили.

Утром выяснилось, что Аля не умеет ничего.

Нет, не так – вообще ни-че-го!! Даже заправить за собой постель и вскипятить чайник. Оценив масштабы своего попадалова, Варсавин договорился с общежитской уборщицей о том, что она временно возьмет на себя помощь его молодой жене по хозяйству, естественно, за определенные деньги. И, урегулировав этот вопрос, отправился на службу.

И там сгинул.

Не в смысле пропал или погиб – нет, конечно же! Но только военные и их родные знают, что такое молодой лейтенант, попавший после училища в гарнизон. Его как бы и нет в семье – временно убыл для исполнения служебных обязанностей. Потому что практически двадцать четыре часа в сутки он проводил со своими солдатами на службе.

Через три месяца Аля родила дочь.

Тут она окончательно прозрела и все отчетливо поняла про свою жизнь. Она пошла в загс и дала имя дочери – Степанида.

– Зачем вы девочку так назвать хотите? – недоумевала женщина, оформлявшая свидетельство о рождении.

Абсолютно резонный вопрос, если учесть, что на дворе восемьдесят четвертый год, Советский Союз в крепком теле и никто не называет детей старинными русскими или иностранными именами, а бытуют сплошные Оли, Тани, Нади, Иры и так далее.

– Вы вообще представляете, как она жить будет с таким именем? – пыталась что-то объяснить ей регистратор.

– Наверное, трудно, – холодно заметила Алевтина и потребовала занести выбранное имя дочери в свидетельство.

Маленький городок, военный гарнизон, практически градообразующий, и всем все известно друг о друге до прозрачности – невозможно сохранить никаких секретов, разве что конспирироваться, как шпионы, и все равно кто-нибудь да увидит, и пойдет молва. Любовника завести проблема, но умудрялись как-то с этим вопросом – знаете, когда припрет…

Ну а то, что с женой лейтенантика нового не все в порядке, бабонькам общежитским стало известно уже к вечеру.

А тут уж всем ясно стало – у девки послеродовой психоз. Бывает такая фигня.