Мужчина не моей мечты

Вновь чувствовала тепло чужой руки, сжимающей мою ладонь, вспоминала негромкий голос, уверенно чеканивший заклинание, и мне казалось, что еще чуть-чуть, и иллюстрации оживут даже без магии мэссера.

Однажды во время визита к Трэю я встретила Дильфора. Мастер посетовал, что граф выздоравливает медленнее, чем хотелось бы, попросил иногда заглядывать к его сиятельству после обеда и посоветовал… с ним разговаривать. Вид у мужчины был озабоченный и мрачный. Мне показалось, он боялся, что я сочту его предложение глупым и с негодованием откажусь.

Но я прекрасно помнила, что пациенты, находящиеся в коме, лучше поправляются, если с ними общаются родные и близкие, поэтому восприняла слова лекаря совершенно нормально.

Сначала просто сообщала графу, как прошел предыдущий день. Но рассказ быстро подходил к концу, общие воспоминания нас не связывали, трепетных чувств, в которых можно признаться, Ольес у меня не вызывал, и я начала читать вслух.

Мне нравился мой безмолвный собеседник.

С Трэем я не испытывала постоянного напряжения и не следила за каждым вздохом, как с Саллером. Он не язвил, не иронизировал, не злился, а мои риторические вопросы: «Интересно, правда?» — «Как считаешь, это реальный факт?» — «А ты знал, что?..» воспринимал с явным одобрением. Я замечала тень улыбки на его губах в эти минуты.

Постепенно я стала задерживаться у постели графа все дольше и дольше — делала перерыв на обед, потом возвращалась и уходила к себе лишь перед ужином.

Дильфор был счастлив, Трэй, судя по всему, тоже, лишь Ниава выглядела понурой, расстроенной и откровенно тосковала по тем временам, когда красавец-граф «принадлежал» лишь ей одной.

Прошла неделя наших, если так можно выразиться, совместных чтений. Я как раз заканчивала «Описание природы и истории Риоса», и у меня накопилось много вопросов, большинство из которых касалось загадочного Хауддана.

— Как думаешь, Трэй, почему о нем так мало написано? Что это за государство в государстве такое?

— Государство в государстве… Какое любопытное определение.

И очень точное.

Резко обернулась на звук чужого голоса, лихорадочно соображая, как давно меня подслушивают и не успела ли я брякнуть чего-нибудь лишнего.

Дильфор.

Когда он успел зайти, причем так, что я даже не заметила? Ладно, не герцог — и то хорошо. Расслабилась я, привыкла, что во время моих визитов сюда никто не приходит.