Темная империя. Книга вторая

Уже не смогла – мир стонал, прогибался перед силой, способной сокрушить его одним ударом, перед мощью Хаоса, способного поглотить хрупкий порядок человеческого королевства, перед властью, уничтожающей даже надежду на сопротивление…

В парке, возвращающийся оборотень Ааран, захрипев, повалился на колени, сжимая горло и прикрывая ладонью сердце…

* * *Третье королевство. Сарда

Найрина Сайрен

Давящее ощущение усиливалось. В носу защекотало, я поднесла пальцы и с удивлением поняла, что идет кровь.

– Найри! – воскликнул Герман.

Алех молча протянул платок. Торопливо прижала к носу, сжала переносицу, подумала, что срочно нужен лед и не удержалась от мысли, что ранее со мной никогда не случалось подобного, а потом…

Серость!

Она накатила совершенно внезапно, и я вдруг поняла что сижу абсолютно одна, в сером мареве, в котором призрачно выделяются горы, море в дали, равнина… И человек – молодой, в длинном белом с алыми отворотами халате темноволосый юноша с невероятно белой кожей, красными глазами и зрачками, по три в каждом из глаз.

Видение было настолько дикостью, что я сразу поняла – случился обморок, видимо от усталости. А все это видение, рожденное воспаленным сознанием и…

– В тебе есть тьма, – голос юноши прозвучал странно.

В нем слышалось грустное удивление.

– Сильный, очень сильный дар тьмы, – продолжило мое видение, и он поднялся.

Шагнул, и полы халата, распахнувшись, продемонстрировали черную одежду, до этого мига полностью сокрытую под белизной плотной ткани.

– Но свет, – продолжил жуткий юноша, – столь много света, затмевающего всю тьму…

И он остановился в шаге от меня. Остановился, повиснув в воздухе!

А я переводила взгляд с его фигуры, на творящееся позади него – гибнущую под потоками воды долину, рассыпающиеся на осколки горы, иссушенное, поднимающееся грядой скал море…

И слова вырвались сами:

– Кто вы?

– Я? – на лице юноши вдруг появилась улыбка.

Странная, чуть мальчишеская, немного хулиганская. И знакомая. До боли в груди знакомая мне."

"– Дедушка, – мягко ответил молодой, невероятно молодой, на вид не более семнадцати лет человек.

– Чей? – выдохнула, и испугалась того, с какой жадностью этот меняющийся мир поглотил мое дыхание.