Тайная любовь моего мужа

Однажды она все же заметит, как тот на нее смотрит…

В один страшный день она осознает вдруг, что выбрала не того.

И что с ней рядом все это время был кто-то лучше…

Кто-то лучше него.

***

Пятнадцать лет назад

– Я дерьмовый человек, да?

Они сидели под деревом в парке: спинами друг к другу, не видя лиц, но чувствуя присутствие рядом второго всем телом, всей кожей.

Он не видел, но чутко ощутил, как Кира слегка повернула голову в его сторону.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что чувствую себя так. Потому что… думаю, что тебя не заслуживаю.

– Воу, – вот и все, что она произнесла в ответ.

Возможно, ему стоило бы на этом заткнуться, но он пошел до конца. Ему хотелось, чтобы она поняла его. Именно она – единственная в целом мире.

На мнение остальных ему было глубоко насрать.

– Знаю, что поступил с тобой… как скотина. Ну, мягко говоря, – добавил, хмыкнув. – Но я… я, наверно, так просто устроен. Знаешь… у меня никогда не было отца. Только мама. Она меня обожает… и поэтому я вырос в полной уверенности, что весь мир вертится вокруг меня.

Он сделал паузу, пытаясь понять ее реакцию на то, что говорил. Но Кира молчала. И он продолжил…"

"– Вот и с Олимпиадой… вышло, как вышло. Я просто… сделал так, как привык. Не думая ни о ком, кроме себя…

– А я? – спросила она вдруг негромко.

– Ты?.. – переспросил недоуменно.

– Меня ты тоже… просто захотел? А если получишь – то что потом?

Этот вопрос вынудил его резко развернуться всем корпусом, чтобы увидеть ее лицо…

Кира сидела, уперевшись взглядом в землю, перебирая тонкие травинки пальчиками, словно не знала, куда себя деть…

– Ты – это другое, – ответил с такой горячностью, какой от себя и не ожидал.

Она так и не подняла глаз. А ему так отчаянно хотелось, чтобы она просто на него посмотрела…

Его ладонь с несвойственной ему робостью накрыла ее.

– Я с тобой становлюсь… лучше, – проговорил сдавленно, но честно. – Ты мне веришь?

– Верю…

Всего одно короткое слово – а он ощутил себя так, словно способен свернуть горы…

***

Настоящее время

Он стоял на одном месте – уже черт знает сколько времени – не двигаясь, пытаясь просто понять, как ему поступить теперь.

Нужно было, наверно, вернуться и сделать то, что намеревался изначально.