Хозяйственная помощница для идеала (СИ)

— Еще кто кому жизни не даст, — раздается холодное и многообещающее за моей спиной.

Лицо тети скисло. Глаза Кристины широко распахнулись и… она кокетливо поправила волосы. Медленно оборачиваюсь и не верю своим глазам. Демид. И он в ярости.

— Дорогая, я приехал из командировки пораньше… но ситуация совсем не анекдотическая. Иди пока погуляй на речке. Кажется, коз и щенка надо выгулять.

Что, вот так оставить Демида одного с моими родственницами? Да они его сожрут, либо выведут его до такой степени, что потом его могут судить за убийство.

Качаю головой.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Ты мне доверяешь?

Молча ухожу.

— Мы не договорили! — кричит мать мне вслед. — Натравишь на нас своего мужика? Хороша дочь, нечего сказать. Если он хоть пальцем тронет, я вас засужу!

— Олег, — зовет Демид.

Ускоряю шаг. Хочу поскорее уйти отсюда. Да, это позорное бегство, но сейчас лучше так.

Открываю загон и за мной без лишних слов и требований устремляется мое маленькое стадо — первой коза, за ней козленок и третьим спешит, стараясь поспевать за остальными — щенок.

Оказавшись на берегу, обняла козу за шею дрожащими руками и разрыдалась.

Прошло немало времени. Успела переобниматься со всеми четвероногими друзьями, успокоиться, обдумать ситуацию, но… вернуться так и не решилась. Что же так долго?

Ко мне подошла коза, легонько боднула, намекая на то, что она уже нагулялась, а в ответ снова ее обняла.

— Мара, отпусти ее, обними лучше меня, — раздается шутливый голос.

Оборачиваюсь, с облегчением глядя на спускающегося по склону Демида. Улыбается, значит все нормально.

— Уехали? — спрашиваю, когда Демид садится рядом. Козу я отпустила, и Громов без каких-либо препятствий меня обнял.

— Увезли, — хмыкнул Демид. — Очень не хотели, поэтому в итоге пришлось вызвать полицию.

— А они не манипулировали беременностью Кристины? Ну, что вы ее обидели, и теперь она плохо себя чувствует, живот тянет и вы убиваете ее ребенка?

— Хотели, но я попросил нескольких рабочих включить камеры на телефонах и общался с ними только под запись, давя на то, что они вломились на частную территорию, куда их не приглашали.