Судьба

Вытаскиваю из кармана пачку сигарет, зубами вытягиваю одну, прикуриваю, выпуская дым в окно. Морозный воздух обжигает, отрезвляет, приводит в чувства. Я чертовски расслабился, не продумал шаги Елены. Зная свою жену, это еще так, просто цветочки. Но не будем дожидаться ягодок.

– Странные вы, Соколовы, – говорит Наталья, прерывая мои размышления. – Елена заказывает проверку, ты ее прекращаешь. Знаете что, я вам тут не собачка, чтобы бегать и исполнять ваши команды. Процесс уже запущен, это, знаете ли, тоже не игрушки.

Я совершенно спокойно делаю последнюю затяжку, выкидываю окурок в окно. Разворачиваюсь к ней, подхожу к креслу, упираюсь в него руками, долго смотрю, как женщина копошится в бумагах, начиная заполнять акты."

"– Ну, во-первых, я не Соколов. – Она поднимает на меня свои глаза, отрываясь от никому не нужной писанины. – Во-вторых, Наталья Александровна, мы с вами прекрасно знаем, как это все делается, нет никакого «процесса», – усмехаюсь я. – Если вы боитесь, что не отработали заказ моей жены, то можете не переживать, я передам ей, что вы были безупречны.

И отработали на все сто процентов. И да, слышал что у вас скоро юбилей, буду очень рад, если проведете его в моем клубе, скажем так, с сорокапроцентной скидкой.

Она отбрасывает ручку в сторону, снимает очки, заинтересовано смотрит на меня.

– Ты, наверное, хотел сказать, со стопроцентной?

– Я так и сказал, Наталья Александровна, – посылаю ей наглую улыбочку.

– Ну, хорошо, – усмехается она. – Ты умеешь убеждать, Роберт, – берет акты со стола, вытаскивает еще пару каких-то бумажек из своей папки, демонстративно рвет их у меня на глазах.

Кидает обрывки на стол. В кабинет входит Елизавета. Ставит поднос с кофе на стол. Непонимающим взглядом смотрит на бумаги. Наталья поднимается со стула. – Вы уж извините, Елизавета Андреевна, вышла досадная ошибка. У нас там все напутали. Ну, вы же сами понимаете, как работают чиновники. В жалобе оказалась опечатка в адресе заведения. Так что еще раз извините. Удачной вам работы.

Меня раздирает смех: что несет эта женщина? Я практически давлюсь, чтобы не засмеяться вслух. Елизавета тоже не дура, она в полном недоумении смотрит на нее, хочет что-то сказать, открывает и тут же закрывает рот.

– Как опечатка? А название? В нем тоже опечатка? – все-таки выдает она. А вот это она зря. Наталья поджимает губы, она и так оказывается в невыгодном положении, не привыкла, что ее упрекают. Надо спасать мою отчаянную девочку.