Судьба

Еду назад, надеясь на то, что она все-таки вернулась домой, что моя паника беспочвенна. Надежда умирает, как только я переступаю порог квартиры и понимаю, что ее нет. Хватаю ее телефон, еще раз обхожу квартиру. Попутно ищу номер ее подруги. Тревога нарастает. Не знаю почему, но чувствую: что-то не так. Она не просто сбежала. Слышу звук открывающейся двери, выбегаю в прихожую. На пороге стоит ее подруга. При виде меня нехотя здоровается. Не обращаю никакого внимания на ее недовольный вид.

– Где Елизавета?! – мне плевать, что я кричу.

– В смысле, где? Ее нет дома? Ты тогда что здесь делаешь? – недовольно спрашивает она. Понимаю, что сейчас не время взрываться. Если я хочу найти Лизу, надо все спокойно ей объяснить. Кратко, без подробностей излагаю ей происшедшее. Ксения осматривает ее сумку. Поджимает губы. Ее глаза начинают бегать по квартире.

– Что произошло перед тем, как она ушла? – с волнением спрашивает она.

– Ничего, мы просто спали. Я проснулся, ее уже не было! – зачем я кричу? Но я уже не могу контролировать свои эмоции.

– Хорошо. Что произошло до того, как вы уснули? Может, ей приснился кошмар?

– Нет. Не знаю! Черт!"

"– Может, прежде чем заснуть она как-то странно себя вела? – настороженно спрашивает Ксения. Рассказываю ей, как Елизавета закрылась в ванной и как долго не выходила оттуда. А когда вышла, была сама не своя.

– Что ты сделал перед этим? Может, что-то сказал?! – уже кричит сама Ксения.

– Ничего. Ничего особенного я не сказал, – я не собираюсь открывать перед ней душу.

– Ты говоришь, закрылась в ванной? Как долго ее не было?

– Не знаю, минут сорок!

Ксения срывается с места, бежит в ванную, а я иду вслед за ней. Она осматривает таблетки. Поднимает те, что на полу. Разворачивается ко мне.

– Сколько она их выпила?!

– Я не знаю. Не знаю. Я вообще не знал, что она что-то пила, пока не обнаружил вот это утром, – указываю на бардак в ванной.

– Черт! – ругается сквозь зубы Ксения. – Этого просто не может быть. Она не могла сорваться просто так. Что ты сказал или, может, сделал перед этим?

– Ничего особого я не сказал! Что значит «не могла сорваться»? Ты знаешь, где она? И что это за таблетки? – сжимаю кулаки. Я не могу тут стоять, обсуждать все это, пока моя девочка неизвестно где.

– Я догадываюсь, где она. И лучше ей, конечно, там не быть. Что ты сказал ей? Это важно! – требует ответа.