Суд над драконом

Вскоре и Скребу придёт конец.

– Мы не допустим этого, – пообещал Логан.

– Неизбежна судьба, – вздохнул дракон и с любопытством посмотрел на Логана, будто взвешивал его хорошие и дурные качества.

– Но ведь ты не убивал Пелли, верно? – спросила Зои. – Пусть даже и хотел?

Логан вскинул брови.

– Хотел?

– Пелли дала Когтию и Огнебелле по золотому яйцу, чтобы они стерегли их как сокровище, – объяснила Зои. – А Скребу сказала, что он такого не достоин. Они друг друга ненавидели, в общем-то.

– Ужасна была птица-гоготунья, – заявил дракон. – Но не съедена Скребом. Заслуживала быть съеденной Скребом, однако. Но крайне сдержан был Скреб. Крайне благороден. Гнусной была птица-гоготунья и причинила Скребу горе до смерти, во смерти, а теперь и после.

– Хм… – протянула Зои, встала и направилась посмотреть на когти дракона. Сломанный браслет забрали – как предположил Логан, в качестве улики.

– Не открывал никогда, – возразил Скреб и дёрнул хвостом, отчего чешуя на нём звякнула. – Не касался никогда, даже не нюхал. Сам сломался браслет на прежней неделе. И отпал.

– Браслет развалился сам? – озадаченно проговорила Зои. – На прошлой неделе? Это… тревожно. Такого не должно быть, совсем не должно.

– Возможно, кто-то его испортил, – предположил Логан.

– Свободен был Скреб, – дракон картинно вздохнул. – Но прилежно вёл себя Скреб.

– Правда? – усомнился Логан. – И даже, скажем, к примеру, не улетал из Зверинца на часок перекусить парочкой овец?"

"Скреб задумчиво посмотрел на него.

– В основном прилежно вёл себя Скреб, – уточнил он.

– О нет! – воскликнула Зои. – Скреб! Неужели ты правда съел тех овец?

Дракон с несчастным видом впился когтями в землю.

– Вернулся ведь в пещеру Скреб, верно? Заполонили планету толстые пустоголовые пуховые шарики. Сами просили себя съесть пуховые шарики. Одной больше, одной меньше в целом стаде. К тому же очень голодный был Скреб.

– Мы тебя отлично кормим. – Зои подбоченилась. – Видимо, потому ты и отказывался от пищи всю неделю – наелся овцами.

– Но не птицей-гоготуньей, – заметил Логан. – То есть гусыней.