Странный брак

А на другой день, когда вода опять потекла в своем обычном направлении, юноша послал новый кораблик с новой запиской. Он благодарил Пирошку за предупреждение и обещал, что больше не будет рубить березок в Бернеше, но все же пойдет туда, чтобы иметь возможность хоть издали видеть ее.

На третий день из сада Хорвата прибыл кораблик с ответной запиской, в которой объяснялось, что врач прописал Пирошке для укрепления ее здоровья срубить сто березок, а если она при помощи какой-либо уловки станет уклоняться от этого, то нанесет ущерб лишь самой себе.

.

И так пошло день за днем. Переписка завязалась, и кораблики с письмами стали совершать свои регулярные рейсы. Содержание посланий было самым невинным — Янош и Пирошка рассказывали в них друг другу о незначительных событиях в их жизни, о том, что видели во сне: ""Сегодня в нашем саду распустилось алоэ"". — ""Сегодня я получила из Вены новую шляпку, я такая смешная в ней"". Кораблик приносил благоговейный ответ: ""Как бы я хотел видеть вас в ней. Сейчас я пробую по памяти написать ваш портрет"".

 — ""Как бы я хотела увидеть свое изображение!..""

Так Длилось около трех лет, — всякий раз, как наступала пора каникул, и при условии, что ""почтальон"" работал исправно. Ибо порою, особенно жарким летом (то есть именно в каникулярное время), ручей вдруг высыхал, и связь между двумя мечтательными душами обрывалась.

За это время они редко видели друг друга, да и то лишь издали и на несколько минут, когда Пирошка вместе со своим отцом возвращалась с поля.

Эта встреча сводилась к тому, что юный граф проходил мимо и чинно приветствовал их; пожилой господин кивал в ответ головой, а девушка бледнела. Хорват не вывозил дочь в общество, а с семейством Бернатов даже враждовал. В церковь Хорваты ходили редко, да и боги этих двух соседей обитали в разных храмах. Хорваты были лютеранами, а религиозные убеждения в те времена высокой стеной разделяли тогдашних господ (заметим — на пользу стране)."

"Если бы в период, когда проводилась политика усыпления венгерской нации, При дворе или в Домах, близких ко двору родовитых магнатов, охотно принимали бы протестантских дворян, если б с ними водили дружбу, ласкали их так же, как католиков, — кто знает, до чего бы мы сейчас дожили.

К счастью, протестантские магнаты встречали при дворе холодный прием; им оставалось удалиться в свои поместья и со скуки вести национальную венгерскую политику, поскольку в политике двора они не могли участвовать.