Созданы друг для друга

Все соседи и знакомые Катьки были лично предупреждены Диной при любом шуме-крике из ее квартиры немедленно звонить в милицию, «Скорую» и им, Нагорным, и стучать-колотить, биться в дверь, чтобы остановить бесноватого Витеньку. Это все, что она могла сделать.

Они и позвонили, когда Сонечке, доченьке Катьки, исполнился месяц.

– Дина! – кричала соседка подруги в трубку перепуганным до ужаса голосом: – Там что-то дикое творится! Катя так кричит, так кричит!

– Стучите к ним в дверь и звоните, теть Полина! – орала в ответ Дина, прижимая трубку плечом, торопливо засовывая ноги в ботинки.

Она вызвала милицию и «Скорую помощь» и ринулась домой к подруге.

Младенческий истерический крик Сонечки Дина услышала, как только влетела в подъезд и понеслась, перепрыгивая через две-три ступеньки, наверх. Возле распахнутой настежь двери в квартиру Катерины столпились соседи.

– Боимся заходить, – объяснила соседка, – ждем милицию. Витя все еще там.

Дина залетела в квартиру и… Дальше она все довольно смутно помнила, хотя действовала четко и продуманно, но скорее на рефлексе, на привычке, выработанной за время работы в «Скорой».

Виктор спал, раскинувшись на кровати в спальной, а Катя…

Катька лежала возле детской кроватки в луже собственной крови и была мертва, это Дина поняла с первого взгляда, хоть и проверила пульс и посмотрела глаза – все, не было больше Катеньки.

До смерти!

Дина выхватила из кроватки заходящуюся криком Сонечку и прижала к себе. И это было единственное, что она могла еще сделать для своей подруги в тот момент. Милиция на этот раз приехала быстро, как и «Скорая», но помощь уже была бесполезна. Но Дина, слишком хорошо знавшая протокол действий в таких случаях, ушла, унося с собой ребенка и успев сказать Полине Андреевне:

– Скажите, что Соню забрала бабушка.

– Поняла, – кивнула мудрая женщина."

"Дина совершенно четко осознавала, что передавать Сонечку в руки органов опеки и попечительства категорически нельзя – не вызволишь потом оттуда ребенка. Так же точно, как то, что она Сонечку никому не отдаст, даже ее бабушке. Никому.

И началась для Дины эпопея. Битва по всем фронтам.